Переплетение судеб

Молодая рыжеволосая девушка в смешном белом чепчике вошла в светлое просторное помещение и поставила ведро на гладкий блестящий пол. Она промыла тряпку и, сделав пас рукой, из-за которого тряпка стала плясать по всем поверхностям помещения, села на деревянный стул, откинувшись на спинку. День сегодня выдался невероятно трудным и кропотливым. После полудня в больницу привезли молодую беременную девушку, которая попала под колеса кареты. 

Роды начались раньше времени, а девушка была без сознания. Лекари, знахарки и целители метались по больнице,  пытаясь всеми силами спасти ребёнка и его мать. Но все попытки оказались тщетными.

Одьжа не видела роженицу, но об этом говорили на каждом углу все лекари и целители. Этот случай ранил всех. Затронул струны души каждого. Потому что такое случалось на Нумии редко. Очень редко. Лишь в том случае, если мать ребенка потеряла своего истинного или пережила сильный стресс. Иначе бы магия истинного закрепила плод. Не дала бы умереть своей элиэн и их ребёнку. 

Одьжа тяжело вздохнула, прикрыв слезящиеся глаза, и замерла, когда услышала тихий писк, похожий на мяуканье маленького котёнка. Она подскочила со стула, с грохотом опрокинул его на пол, и уставилась на прозрачную люльку, в которой кто-то копошился. 

Не веря своим ушам, девушка боязливо стала приближаться к источнику звука. Когда она заглянула в люльку, пораженно и радостно вскрикнула.

Маленький, заботливо укутанный комочек открыл серые глаза и недовольно кривил рот, собираясь разреветься. Малышка ожила. Каким-то чудом. Не иначе как волею самих богов. Ребёнок, которого все считали мертвым, ожил. 

Одьжа аккуратно вытащила девочку дрожащими руками из люльки и, положив крохотное тело в кокон из своих рук, направилась сообщать радостную новость целителям и лекарям. Все охали и ахали, откармливая девочку смесями и укрепляющими зельями.

— Сами боги поцеловали тебя, малышка, —  шепнула Одьжа, поглаживая маленькую ручку, которую девочка высунула из пеленки. — Ты родилась под счастливой звездой, крошка.

— Значит у судьбы на тебя большие планы, девочка наша. Мы всегда будем помнить тебя, ангел небесный, — седовласая женщина с мудрыми глазами и глубокими морщинами на лице, смахнула слезу со щеки. — Нужно сказать её семье, что маленькая жива. Негоже ребёнка оставлять без семьи и родительской опеки, — женщина строго посмотрела на своих коллег.

— Я схожу, — Одьжа передала ребёнка в руки старой знахарки и, стянув с головы чепчик, поспешила искать нужный дом.

Дом, с красивым садом и высоким забором поразил девушку своим богатством и красотой. Одьжа постучала в массивные двери и стала терпеливо ждать, когда ей откроют. Дверь распахнулась, и она увидела статную высокую женщину, которая еле стояла на ногах.

— Чего тебе надо? Денег не дам... — нахмурив брови и кривя рот, сказала женщина.

— Здравствуйте, — Одьжа мялась на крыльце дома, смотря на пьяную женщину перед собой и стараясь подобрать слова, — я пришла сказать вам радостную новость.

Одьжа слабо улыбнулась.                         

— И какую же? — женщина пьяно икнула, скрещивая руки на груди.

— Ваша внучка выжила, — Одьжа счастливо улыбнулась, не сумев совладать со своей радостью. — Она ожила, представляете?

— И что с того? — недоброжелательно спросила женщина и вскинула тонкие брови.

— Вы не хотите забрать её? — тихо спросила Одьжа, теребя в руках подол своего платья и понимая, что пришла не туда. Понимая, что женщина не рада и ребенок ей не нужен.

— Это отребье? — пьяно хохотнула она. — Нет! — вдруг резко выкрикнула она, вцепившись стеклянным взглядом в лицо Одьжи. — Мне не нужна эта девчонка.

— Что нам тогда делать? — Одьжа отступила на пару шагов назад, чувствуя отвращение к этой женщине.

— Мне всё равно! Хоть в речку её выкидывай. Хоть утопи. Хоть задуши. Мне всё равно, — повторила она.

— А муж ваш? — спросила Одьжа в отчаянье, заламывая руки. — Позовите его, пожалуйста!

— А муж мой уехал, — рассмеялась громко женщина, вызывая мурашки страха у девушки. — Свалил вместе с моей дочуркой. Забрал всё имущество и уехал. От своей истинной. Променял меня на эту малолетнюю тварь.

— Простите... — Одьжа поняла, что женщина не в себе от  горя и говорить с ней бесполезно.

Девушка развернулась и, оставив позади что-то громко говорящую пьяную женщину, бросилась обратно в больницу. 

— Она не хочет принимать девочку, — девушка металась по комнате, где собрался весь персонал, и возбуждено размахивала руками. — Что нам делать? Что теперь делать с девочкой? Куда её нести?

— Я знаю семью, которая сделает малышку счастливой. Они уже давно мечтают о девочке... — сказала знахарка, загадочно улыбаясь.                                                                 

*****                                                                                                 

Месяц спустя                                             

Молодая хрупкая женщина прижалась к боку высокого статного мужчины и со слезами на глазах смотрела на маленькую кроху, которая спала в люльке, сжав маленькие кулачки, и причмокивала пухлыми губками.

— Яр, — тихо выдохнула она, — это наша девочка, — женщина посмотрела сияющими глазами на своего мужа. — Я чувствую всем сердцем, что это наша малышка. Понимаешь, Яр? Наша!