Перемирие

Я знаю, что должен начать рассказывать эту историю с того момента, когда увидел Её. Тогда вам будет интересно. Что за история без любви? Кому интересно слушать о том, как ты учился и играл в футбол и чем всё закончилось? Правильно, никому. А я очень хочу, чтобы вы узнали эту историю. Поэтому я вас заинтригую: в моей истории будет рассказано о любви, где девушка была старше и выше по социальному статусу. Однако помните, что любовная история – далеко не самая важное, о чём я вам хочу рассказать.

Наговорил я достаточно. Пора переходить к самой истории. Все истории, где есть любовь, начинаются со знакомства. Помните, что я предупреждал вас, что любовь не главное в моей истории? Знаю, что помните, но наверняка вам интересно побольше узнать о ней. Что ж, не буду томить и расскажу о том, как я впервые увидел Её.

Так вот. Сейчас расскажу.

Это было весной. Число не помню, но снег уже почти растаял. Ещё ходили в куртках, некоторые в шапках, и в аудитории на последних партах организовали гардероб или свалку одежды. Я свою тоже туда кинул. Сел на предпоследнюю парту.

Никогда до этого я не был на литературных вечерах. Не представлял себе, зачем писатели встречаются с читателями. Поэтому было страшно и интересно. Поскольку интересно, я пришёл. Ну а поскольку страшно, то я сел подальше от выступающих.

Усевшись, я оглядел присутствующих. Многих из них я видел в Универе довольно часто, несмотря на то, что не знал их имён. А со своего курса увидел двух девчонок. Они радостно помахали мне, оставшись на второй парте и переговариваясь друг с другом. Потом в аудиторию зашла высокая стройная голубоглазая блондинка. На ней блистало короткое белое платье, окаймлённое золотой вышивкой. Сияя улыбкой и глазами, она сообщила, что писатель Исаак Соболев приехал, и если все готовы, то можно начинать. У неё был приятный, звенящий голос. Тонкие, аристократические руки. Пальцы, унизанные кольцами. Браслеты на запястьях. Она выглядела так, как я представлял себе древнегреческих женщин времён сражений за Трою. Да, именно так. Представляете такую блондинку на стенах осаждённой Трои в лучах красного заходящего солнца? Я с наслаждением предавался подобным грёзам.

Мои грёзы прервала тонкая невысокая брюнетка в довольно потёртой бирюзовой вязаной кофте. Она неуклюже двигалась, всё время чего-то стеснялась и от этого делала ещё больше глупостей. Она подошла и что-то спросила у ведущей, закрыв мне обзор полностью. Вот эта брюнетка в бирюзовой кофте – Она.

* * *

Итак, я утолил толику вашего любопытства и теперь могу перейти к тому важному, о чём хочу рассказать.

Сразу скажу, что наша футбольная команда никогда не была сильной. Хотя это я сильно забежал вперёд. Сначала следовало сказать, что после просмотра в команду взяли трёх первокурсников. Из этих трёх в первом матче на поле появился я. В этом нет моей заслуги. Я не являюсь супер-пупер футболистом. Весь фокус заключался в том, что я вратарь, а до меня в ворота ставили тех, кто просто соглашался там стоять. А я был тем, кто сам сказал, что будет играть в воротах.

Первая игра сезона выпала нам с прошлогодними чемпионами, у которых практически не было изменений в составе. Нас раскатали как детей.

Я не знал, что мы играем против чемпионов. Сейчас я думаю, что если бы мне сказали об этом перед матчем, всё было бы как-то по-другому. Хотя не знаю. На тот момент произошло следующее: я стоял в воротах, в которые влетело пять мячей и прозвенели штанга и перекладина. И это при том, что я дважды выручал свою команду при выходах один на один и отразил с десяток разных ударов.

Для тех, кто ничего не понимает в футболе, переведу на понятный русский язык: я хорошо играл, но мы проиграли.

Взмокший от физических нагрузок и нервного напряжения, со стёртыми коленками и локтями, я с финальным свистком злобно смотрел на всех вокруг. Мы построились, крикнули победившей нас команде «за хорошую игру ура-ура-ура», а потом пожали им руки. В приступе злобы, отчаяния и каких-то ещё негативных эмоций я оставил у дальних ворот маленькое полотенце, которое продевал в дырку сетки ворот, когда выходил на игру. Поэтому пришлось отправиться за ним через всё поле. Одному. В то время, когда все остальные отправились переодеваться и в душ.

Я прошёл всё поле, отвязал полотенце, взял его в руку и пересёк поле вдоль ещё раз. Отчаянно болели ноги, а мокрая футболка липла к телу. Перед глазами мелькали образы радостных нападающих, забивающие мячи в мои ворота. Когда они промахивались или я отбивал, то они хмурились и кивали. Мол, сейчас всё будет, надо только немного потерпеть.

К чему я вам рассказываю такие подробности хождения за полотенцем? Чтобы вы поняли, какие эмоции переполняли меня, стоило мне оказаться в раздевалке.

Вошёл я в тот момент, когда наш капитан, пятикурсник по кличке Зверь ржал непонятно над чем. Он стоял посреди раздевалки без футболки, но с полотенцем, мылом и сменной одеждой.