Перекресток в центре Европы

Юля уныло смотрела в слезящееся окно. Там, за окном была Злата Прага. Всегда прекрасная Злата Прага. Праздничная и кокетливая. Мистическая и загадочная. Но Юля не видела ни Карлова Моста, ни шпилей Градчан, ни панорамы красночерепичных крыш, так напоминающей разломленный гранат, ни роскошной брусчатой мостовой, истертой подошвами не одного поколения жителей этого старинного города. Из своего окна она видела только бледно-желтую стену, покрытую разводами зеленоватой сырости да кусочек неба, затянутого свинцовыми тучами, сеявшими даже не дождь, а какую-то мельчайшую водную пыль.

Юля чувствовала примерно то же, что, наверное, чувствовала на заре эволюции выкинутая на берег отхлынувшим доисторическим океаном рыба, которой, в конце концов, пришлось отращивать конечности, а потом учиться ими пользоваться.

Чехарда событий, бешеным ураганом разметавшая привычную жизнь, началась очень далеко отсюда, в России, примерно год назад, когда Иван, так звали ее мужа, вдруг бесследно исчез, оставив загадочную записку:

«Я уехал. Потом все объясню. Это не имеет отношения к нашим размолвкам. Меня подставили по-крупному. Будь готова к тому, что нужно будет продать квартиру. Я дам о себе знать».

Упоминавшиеся в послании размолвки, регулярно происходили последние несколько лет, давно стали нормой жизни и, никак не могли служить причиной полного растворения супруга в пространстве.

От Ивана вообще-то можно было ожидать чего угодно: он мало соответствовал общепринятым стереотипам, жил мимо времени, имел собственное мнение по любому вопросу, которое считал сведением последней инстанции. Он, например, считал, что жене вовсе необязательно быть в курсе его дел, предпочитал окружать себя завесой таинственности и делал секрет даже из того, чем собирался заняться в ближайшие полчаса.

По некоторым признакам Юля уже давно заподозрила, что происходит что-то странное. Звонили какие-то люди, Иван ничего не объяснял, но было понятно, что ему угрожают. На все вопросы он, как обычно, не давал никаких объяснений. А потом просто исчез.

Юля схватила записку и помчалась к родителям. Она привыкла, что в родительском доме ей всегда подскажут выход из любых затруднительных ситуаций.

Прошла неделя полного неведения. Наконец Иван позвонил.

– Я написал тебе письмо до востребования. Там – все.

Разговор длился не более минуты. Иван словно играл роль шпиона в тылу врага, это вселяло тревогу и вызывало новые вопросы.

В полученном вскоре письме Юля нашла инструкцию, состоявшую из нескольких пунктов, генеральную доверенность на квартиру и никаких вразумительных объяснений. Получалось, что она должна продать его квартиру, созвониться по указанным телефонам с какими-то незнакомыми людьми и в присутствии нотариуса передать им указанные в письме суммы денег в обмен на расписки.

«Я ни в чем не виноват, – стояло в приписке, – прошу тебя об одном: верь мне. Где я, сообщу позже, это не потому, что я тебе не доверяю, это для твоей же безопасности».

«Штирлиц просто сопливый пацан по сравнению с этим супергероем!» – с раздражением подумала Юля.

Квартира Ивана, которую тот распорядился продать, стояла запертая и использовалась, как склад старой мебели и всякого барахла, которое просто жалко было выбросить. На нее, конечно, имелись определенные планы: подрастает сын Сережа, у мальчика будет отдельное жилье, ну а пока они втроем жили в Юлиной квартире.

Дела, видимо, обстояли действительно серьезно, потому что через некоторое время уже Юля получила свою порцию угроз по телефону, причем неизвестный сказал несколько слов, касающихся ее маленького сына. Угрозы, четко и ясно высказанные, кроме леденящего ужаса вызывали полное недоумение: Юля понятия не имела о делах мужа. И если в первые годы супружества Юля еще как-то протестовала и возмущалась, то со временем смирилась с этим его чудачеством, придумав для себя утешение, что Иван просто оберегает ее от лишних волнений. Это совершенно не соответствовало истинному положению вещей, но очень помогало примириться с действительностью.

Однако на размышления просто не было времени. Задействовав обширные знакомства отца, Юля написала заявления об этих угрозах во все ведомства, включая ФСБ. Параллельно развила бешеную деятельность и постаралась, как можно скорее выполнить присланные инструкции. Продать квартиру, однако, было не так-то легко: в связи с общим экономическим упадком в стране, недвижимость стоила просто гроши. Юле бесконечно повезло, ей удалось получить сумму, достаточную для выплаты упомянутым кредиторам.

Иван в конспиративных целях звонил ей только по рабочему телефону и выслушивал отчеты о проделанной работе.

– Ты что, мафии какой-то дорогу перешел?

– Нет, но ты же понимаешь, какое сейчас время! Жизнь ничего не стоит!