Пегасы

Алексей БУГАЙ

ПЕГАСЫ

1. ПЕГАСЫ

Осеннее незлое солнышко потихоньку долбило мудрый череп комиссара Фухе. Он подошел к окну. По улице неспешно прогуливались девицы в ожидании сильных чувств. Там же, чуть поодаль, дремал Габриэль Алекс, почему-то привязанный к дереву колючей проволокой. Фухе вздохнул. Будильник намекал на десять часов. Термометр обещал равномерный южный загар и ожоги третьей степени. Стрелка стенного барометра упиралась в великую сушь.

Комиссара действительно изрядно сушило. Габриэль Алекс за окном громко зевнул, чем распугал всех окрестных девиц, собак и дворников. Дворники побросали свои огнеметы для стрижки кустов и разбежались в сторону бара "Крот".

Листок настольного календаря, густо намазанный горчицей, напоминал, что до срока, назначенного Конгом, ничего не осталось. Скрипнула дверь. Объявился Габриэль Алекс, за которым тянулись обрывки колючей проволоки. В руке у Габриэля покачивалось ведро с пивом.

- Дворники знакомые поднесли! - хрипло каркнул Алекс в ответ на немой вопрос друга.

Заглянула уборщица Мадлен, достала из передника две пустые кружки, зачерпнула из ведра пива, поставила кружки на комиссарский рапорт, утерла пену, что накапала на стол, и тихонько сгинула.

Друзья закурили. Фухе выбросил спичку, от которой они прикуривали, через плечо в окошко. Крепко рвануло. Алекс поперхнулся пивом.

- А, - махнул рукой Фухе. - Это автобочка с пивом. Водитель ее всегда под окно ставит.

- Знаешь, - заобщался Алекс и стал отвязывать от ноги колючки, - я когда бульоном отравился, в среду, ну, помнишь?.. Бульоном из кубиков-бубликов...

- Кубиков Рубика, - угрюмо поправил Фухе и полез толстым волосатым пальцем в ухо.

- Ну да, из рубиков-бубликов, - согласно закивал Габриэль. - Так в тот же день я...

В этот момент в дверь сильно ударили, и на пороге вырос пьяный в лоскут инспектор Пулон в форме официанта и с бомбой на подносе.

- Б-бомбу з-заказывали? - с видимым трудом проговорил он и стал валиться на бок.

- Нет, только пиво, - автоматически ответил Фухе и захлопнул дверь. В коридоре раздался грохот.

- Убивают! - закричала Мадлен голосом Дюмона из подсобки.

За окном по веревочной лестнице поднимался потный от натуги инспектор Пункс.

- Эй, комиссар! - Пункс просунул голову в кабинет Фухе. - Огоньку не найдется?

- А ты вниз спустись, там целый квартал должен гореть, от него и прикуривай, - посоветовал комиссар.

- Половина квартала, - сварливо ответил Пункс. - Я же до третьего этажа добрался... Что вам, спичек жалко?

Фухе молча выдвинул ящик стола, достал секатор и перекусил лестницу. Пункс с воем посыпался вниз.

- Так вот, - продолжал Габриэль. - На чем это я...

- На бульоне.

- Да, конечно! Когда я жрал ту чертову солянку из грибов для штопки носков, в тот самый четверг...

- Это было зимой, а не в четверг, - поправил приятеля комиссар.

В коридоре затопали, закричали, а потом взорвалась бомба.

- Убивают! - заорал Дюмон с четвертого этажа голосом уборщицы Мадлен.

В кабинет протиснулась Мадлен в обугленном переднике. В ее руках догорала половая тряпка.

- Протереть чего? - вяло осведомилась она.

Алекс плеснул на нее пивом. Сильно зашипело. Мадлен вытерла лужу и лениво исчезла.

- Что-то все время отвлекают, - сказал Габриэль Алекс. - Про что это я рассказывал?

- Живот, - напомнил ему Фухе.

- Ах да, помню! Ну и вспорол же я ему живот тесаком - так кишки во все стороны и полезли. И заказали чаю на всю компанию...

- Нет, чаю больше не надо, - ответил Фухе. - Только пиво.

За окном загудело пламя. Огонь лизнул гардины. Фухе сорвал их и потушил в ведре с пивом.

- Чего? - встрепенулся Алекс.

- Да ничего. Это Пункс внизу от огнемета прикуривает. Надо бы ему на зажигалку от всего нашего управления скинуться.

- Да-да, - закивал Габриэль, - конечно. Метеорный дождь, пляска святого Пива...

- Святого Вита, - уточнил комиссар и поковырялся в пепельнице. Выбрав воблу подлиннее, он стал сосать ее с хвоста.

Смеркалось. Пошел снег.

2. ПЕРЕПЕЛА

На следующий день после зимы была пятница. Так рано в поголовной полиции никто не появлялся. Лишь неутомимая Мадлен крутила в мясорубке карандаши, линейки и циркули - готовилась к рабочему дню.

Первым явился Пункс. Опухший со сна и с остатками лестницы в волосах. На его лице был заметен след от огнемета.

- Привет, старушка! - бросил он Мадлен и полез по канату к себе в кабинет, приволакивая при этом левую ногу.

Потом на инвалидной коляске прибыл Пулон. На нем болтались клочья униформы официанта, разорванной бомбой. На приветствие уборщицы он не ответил, а только злобно икнул и выплюнул два лишних зуба да еще блестящую пуговицу от кителя.

Когда в управление завалил Алекс, Мадлен громко закричала и от страха залезла по швабре на лепной выворот под самым потолком. Так испортить Алексу прическу мог только трактор с прицепом. Левый рукав и штанина отсутствовали, потому что их не было.

- Это из-за того костра на крыше, - пояснил Габриэль неведомо кому и от него отвалилось левое ухо.