Парижский вернисаж (СИ)

Глава 1

Молодой художник Сергей Смирнов был талантливым, но не признанным столичной богемой. Его несколько удачных работ (в основном — портреты прекрасных дам) украшали частные собрания отечественных и зарубежных коллекционеров. Но до всеобщего признания было еще далеко.

Сергей приехал из провинции покорять столицу. Он был выходцем из простой рабочей семьи, потому едва сводил концы с концами. И тут на его пути повстречалась Она. Ее звали Марина, она была женой банкира, женщиной богатой и очень влиятельной. Марина невыносимо скучала, поэтому встретив красивого молодого юношу, она с головой окунулась в любовную авантюру. Она была старше Сергея на двадцать лет, но это их не смущало. Марина помогла любовнику стать знаменитым художником, Сергей был нежен с ней в постели. Они расстались так же легко, как и сошлись. На прощание Сергей подарил Марине ее портрет, она же от избытка чувств подарила молодому любовнику новый автомобиль и укатила с очередным любовником на модный курорт.

Марина не была его Галатеей, поэтому Сергей очень быстро бы забыл свою пассию, если бы Марина не решила покончить жизнь самоубийством. Разразился скандал, муж кинулся искать виновных. И они быстро нашлись, у жены банкира было много любовников. Подозрение пало и на Сергея, так как он также входил в круг «избранных». Дело отягчалось еще тем, что из комнаты Марины исчезли все ее драгоценности. Сергея допрашивал матерый опер, он хотел вывести того на чистую воду, уговаривал «не валять Ваньку», покаяться, так сказать, во всех грехах и сознаться в содеянном. Смирнов не хотел отдуваться за чьи-то грехи, он ни в чем не сознался. К тому же, у него было железное алиби. В тот день, когда погибла Марина, его не было в городе. И все же, ему пришлось продать новый автомобиль, чтобы нанять хорошего адвоката. Адвокат вытянул своего подзащитного из передряги, в которой тот оказался по молодости лет. Сергей был на свободе, но ему снова пришлось начинать все сначала. Он был замешан в крупном скандале, его имя журналисты бульварной прессы буквально смешали с грязью. Он растерял всю клиентуру, друзья отвернулись, он чудом удержался в художественной академии. Черная полоса, казалось, не кончится никогда. Смирнов начал искать утешение на дне бутылки, и чуть не спился.

В трудную минуту жизни художника спасла живопись. Он трудился не покладая рук, не щадя своих сил. Исхудавший, полуголодный он мог часами, сутками простаивать возле мольберта, не покидая здания на набережной, где располагались художественные мастерские. Там же он и жил, так как дома у него не было. Ел он через день. Денег едва хватало на краски, кисти и холсты.

Хорошо, что рядом были такие же художники, ненормальные и одержимые работой, которые поддержали молодого коллегу в трудную минуту.

— Ты пойми, Серега, так ты себя до изнеможения доведешь, а все равно ничего толкового не нарисуешь, — говорил сердобольный Севка Лаптев.

Его мастерская была по соседству. Он больше всех сочувствовал молодому художнику и переживал за него больше всех. Когда-то в юности Севка тоже пережил бурный всплеск всеобщего признания. Но успех длился недолго.

Лаптев понял, что звезд с небес он не достанет, зато сможет делать картины под заказ, на продажу. Жена Алиса была в восторге от его натюрмортов с чайными сервизами, вазами с фруктами; русскими пейзажами, где красовались березы в зеленых сарафанах. Желтые сережки казались как живые, они приветливо махали с полотна каждому, кто проходил мимо картины. А это так умиляло зрителей, что отбоя у Лаптева от покупателей не было. И туристы, и соотечественники так любили русскую природу!

Алиса была счастлива, что связала свою жизнь с Севой. Их брак не превратился в рутину даже после тридцатилетнего юбилея.

— С художником не соскучишься, — любила поговаривать среди подруг Алиса. — Мы со своим уже он сколько лет вместе, а все как молодые.

— И тебе не скучно с одним мужиком? — спрашивала подруга юности, бойкая Варвара, которая жила уже с пятым по счету мужем. — А как же всплеск эмоций, новые впечатления?

— Представляешь, подруга, не скучно. Он же художник, понимаешь. Он же весь в искусстве, творец, служитель муз.

— Вот то-то и оно, что служитель муз, — легкомысленно захихикала Надежда. — Они, наверное, и кружатся возле него, эти музы.

— Надежда, прекрати немедленно, — прикрикнула на подругу Варвара. Она была самая строгая среди подруг, как никак — нотариус. Постоянная работа с документами и людьми сделала ее ответственной за человеческие судьбы.