Пари с последствиями

— Ты почему не отвечаешь на звонки?! — набросилась на меня с порога Нина. — Галь?.. — тут же испуганно замерла с ботинком в руке.

Меня же пошатывало, когда ковыляла к дивану, на котором и лежала, тупо глядя в потолок, вот уже… не знаю сколько. Я и дверь не хотела открывать, но испугалась, что соседи переполошатся. Да и так неистово ломиться в квартиру могла только Нина. Ее не впустить невозможно.

— Ты в курсе, что наступил вечер? — с этими словами Нина включила в гостиной свет, а я зажмурилась, да так и осталась лежать с закрытыми глазами.

Хорошо-то как! Ничего не видеть. Еще бы ничего не слышать.

— Уйди и дай мне спокойно умереть, — проговорила я, не узнавая собственного голоса. Прозвучал он как-то по-могильному.

— Умрешь, лет через восемьдесят. А сейчас выкладывай! — опустилась Нина на диван, как я поняла по существенной его деформации.

Весу в моей сердобольной подруге было без малого сто килограммов. Ну и рост внушительный — метр восемьдесят. И в прошлом она капитан баскетбольной команды и мастер спорта, естественно.

— Ты не сняла ботинок, — открыла я глаза и окинула подругу взглядом.

Нина потрясала в воздухе ногой в ботинке — чертей гоняла, значит, как любит говорить моя мама. Вторая нога была босая, ну то есть в аспидно-оранжевом носке. Цвет аж глаза слепил. Но в этом Нина была вся — экстравагантная до мелочей.

— Ой, точно! — спохватилась она, стянула ботинок и метко запульнула его в коридор, видно, перепутав с мячом и корзиной. Ну да ладно, на это мне теперь тоже плевать.

— Галя, не заставляй меня прибегать к пыткам. Рассказывай, из-за чего собралась помирать, — нависла надо мной Нина.

— От меня ушел Кирилл, — спокойно проговорила я.

— Тоже мне, горе! — тут же отреагировала Нина. — Я бы на твоем месте радовалась, что избавилась от этого придурка.

Выражений Нина не подбирала, особенно когда речь шла о моем бойфренде. Теперь уже бывшем. Она и раньше не переваривала Кирилла, о чем не упускала случая мне напомнить. Ну а теперь радовалась с чистой совестью.

— …И у меня скоро отберут эту квартиру, — даже не обратила внимания на ее слова. — Осталось только умереть.

Потому что платить за ипотеку мне нечем, а к маме, а вернее, ее второму мужу я ни за что не вернусь. Ну и мне было дико жалко почти половины стоимости квартиры, да еще и с процентами, которую мы с Кириллом уже выплатили. Уходя, он мне милостиво подарил эти деньги. Но четко дал понять, что больше я на него рассчитывать не могу. Ну а на свой пусть и не плохой заработок я рассчитывать не могла. На жизнь его хватит, а на ипотеку — точно нет.

— Вот же, бл… муха! — выругалась Нина. — Об этом я не подумала. Как насчет реструктуризации долга?

— Это что? — проблеснула в моем мозгу заинтересованность.

— Ну это когда пересчитывают проценты или открывают дополнительный кредит, чтобы перекрыть предыдущий… В общем, я тут не спец, но знаю, что такое есть. По этому вопросу тебе нужно наведаться в банк. Поплакаться, все честно рассказать им и умолять о помощи.

— Думаешь, сработает? — с надеждой посмотрела я на подругу.

— Уверена!

— Извините, но мы вам помочь не сможем. По-человечески я вас понимаю, но и вы нас поймите… Очень надеюсь, что к двадцать пятому числу вы найдете деньги, чтобы внести очередную плату. Иначе… — менеджер банка развел руками, глядя на меня по щенячьи преданно.

На самом деле ему на меня плевать — это и ежу понятно. И проблемы мои его беспокоят не больше, чем зайца стоп-сигнал, к примеру. Ну а мне-то что делать? И как не разрыдаться на глазах у всех сотрудников и клиентов этого банка?

— Попробуйте обратиться в другой банк за потребительским кредитом. Кредитная история у вас положительная, может и не откажут, — напутствовал меня менеджер, когда я уже мечтала поскорее оказаться на свежем воздухе.

В другом банке в кредите мне отказали, ссылаясь на мой непостоянный доход. Отказали и в третьем, и в четвертом.

Из банка я направилась прямиком в спортивный комплекс, где трудилась тренером Нина. А впереди маячило отчаяние, которому я всеми силами старалась не поддаваться.

— Так, это не полоса невезения, как ты выражаешься, а непруха обыкновенная, — умозаключила Нина. — И у меня есть идея!

— Какая?

Я сидела на скамейке в тренерской раздевалке и вяло наблюдала, как подруга возвращает себе человеческий вид. До этого я так же вяло следила за окончанием ее тренировки, а потом ждала ее после душа.

— Есть у меня один знакомый банкир…

— Нин, у тебя есть знакомый банкир? — оживилась я. — А почему же ты мне сразу про него не сказала. Знаешь, как унизительно выпрашивать кредит? Чувствуешь себя какой-то нищенкой.

— Галь, не сказала, потому что работает он охранником в одном крупном банке, — смутилась подруга.

— Банкир, говоришь? — невольно расхохоталась я. Эх, мне бы такое жизнеутверждающее чувство юмора. Казалось, Нина вообще не умеет унывать, вот и охранников мысленно возводит в чиновники.