Пара инопланетного дикаря (ЛП)

Калиста Скай

Пара инопланетного дикаря

Серия: Инопланетные пещерные дикари (книга 2)

Автор: Калиста Скай

Название на русском: Пара инопланетного дикаря

Серия: Инопланетные пещерные дикари_2

Перевод: Лена Вильмс

Редактор: Марина Ушакова

Обложка: Таня Медведева

Оформление:

Eva_Ber

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.

Спасибо.

Глава 1

Эмилия

— Cabron! (прим. исп. Скотина!) Я не могу поверить в это дерьмо!

Я бросаю горсть глины в стену пещеры, и она на мгновение прилипает к скале. Затем отвратительная масса бесполезной коричневой грязи падает на землю с тошнотворным и влажным шлепком. Я закрываю лицо руками и делаю несколько длинных дрожащих вдохов, пытаясь взять себя в руки. Есть негласное правило в нашем маленьком племени — никто не плачет на людях. Наша судьба на этой планете Юрского периода итак достаточно неопределенна и плоха. Так что если мы будем постоянно рыдать и подводить друг друга, то лучше точно не станет. София подходит и нежно кладет руку мне на плечо.

— Что случилось, Эмилия? Не лучший сорт глины, да? Все в порядке, мы найдем что-нибудь получше.

Она делает все возможное. Но я слышу неуверенность в ее голосе и знаю, что Софии не нравится видеть меня такой. И я знаю почему. Обычно я довольно тихая, и это моя первая вспышка с тех пор, как мы попали на эту планету. Все смотрят на меня.

— Черт возьми, — говорит Хайди, проходя мимо с окровавленной кожей животного в руках, — этот комок грязи выглядит лучше, чем большинство керамических изделий, которые я делала в художественном классе. Помню, однажды, я пыталась сделать свинку-копилку. В итоге, она больше была похожа на жабу, на которую кто-то наступил. Монетку, заброшенную туда, нельзя было вернуть обратно, так как эту горе-копилку просто не возможно было сломать. Тот пенни до сих пор находится внутри. Учитель решил, что это современное искусство, и копилка символизирует фискальную политику или что-то в этом роде (прим. один из основных методов вмешательства государства в экономику с целью уменьшения колебаний бизнес-циклов и обеспечения стабильной экономической системы в краткосрочной перспективе). Я его полностью поддержала. Кажется, мне тогда было девять лет.

Я глубоко вздыхаю, успокоившись от прикосновения Софии, и не вижу смысла продолжать это представление.

— Не волнуйтесь, я в порядке. Просто… эта чертова планета иногда заставляет меня нервничать.

— Пусть лучше так, чем держать все в себе, — говорит Аврора с противоположной части пещеры, где пытается сделать лук и стрелы. — Можешь выражаться в любое время, Эм. «Figlio di puttana» (прим. с итал. Сукин сын) обычно очень мне помогает. Ну и время от времени «vaffanculo».(прим. с итал. К черту! Да пошло все в жопу!)

— Или можно сказать: «Черт возьми, это гребаное дерьмо», — предлагает София. — Но cabron тоже звучит неплохо. Я возьму это слово на заметку.

— Я рекомендую «scheisse» (прим. с нем. говно), — говорит Хайди, садясь у костра. — Потому что «дерьмо», знаешь ли, слишком короткое слово. Надо говорить с чувством, чтобы лучше звучало. Медленно и с настоящим рыком в конце. Scheeeiiiisse! Ну как?

София одобрительно кивает.

— Мило.

Кэролайн отрывает взгляд от своего шитья.

— Давайте еще попробуем «helvete» (прим. со швед. Черт). Растяните первый слог, например «haeaeael-vette». На самом деле, это значит «Черт», но звучит намного внушительнее.

Я выпрямляюсь из согнутого положения, в котором находилась, сидя над маленьким гончарным кругом, и разминаю спину. Высказывания девочек поднимают мне настроение.

— Это интересно, — соглашаюсь я. — Я начинаю ценить возможности ругательств, предлагаемые норвежским языком. Или, может быть, у тебя врожденные способности, Кэролайн.

Она пожимает плечами и продолжает шить.

— Может быть.

Большинство из нас говорит на двух языках, и мне кажется, у нас развивается какой-то очень сложный синдром Туретта (прим. нервно-психическое расстройство, манифестирующее в детском возрасте и характеризующееся неконтролируемыми двигательными, вокальными тиками (неоднократное неконторолируемое повторение ребенком бранных слов) и нарушениями поведения), потому что мы спокойно обсуждаем ругательства, как будто это марки шампуня.