Падший

Обложка:

Модели: девушка – сестра, парень с сайта pixabay.

Арт – обработка – Васильева Анна и Ременцов Артём.

Корректор Васильева Татьяна .

Полночь. Вокруг тьма хоть глаз выколи, густой туман и как-то очень мрачновато. Похоже, это тёмная пещера глубоко под землёй, её стены увешаны древними, разной формы, дощечками с диковинными знаками, многочисленные факелы густо чадят и слабо освещают тьму. Спиной к нам стоят двое высоких стройных мужчин и что-то обсуждают, один из них со светлыми вьющимися волосами, аккуратно завязанными в хвост, лежащими до лопаток. Крепкая спина в чёрном камзоле, вот он повернул чуть лицо, и стало видно его тонкие классические черты лица и ястребиный взгляд чёрных глаз, таких тёмных, как безлунная ночь. Цвет его глаз совсем не гармонировал с его светло-русыми волосами, но в общем облике он был так красив, что сразу захватывало дух от его вида и мужественности.

Вдруг послышался бархатный голос его собеседника, такого же статного мужчины, но с чёрными, как воронье крыло, такими же длинными волосами:

– Ты, Пауль, отправишься туда и будешь искоренять там зло, а я получать новые грешные души одну за другой.

Блондин посмотрел на одну из дощечек, висевших на каменной стене, протянул к ней изящную руку с тонкими длинными пальцами и аккуратно подстриженными ногтями, взял её, внимательно посмотрел и прочёл вслух:

– Двадцать второй век. Азеландия. Что это значит, Люцифер? Я должен отправиться в будущее, и что это за страна?

– Да, Пауль, именно туда ты и отправишься. Это сравнительно новая страна, находящаяся на далёком острове земли, посередине атлантического океана. В эти года там будет очень много зла, появятся многочисленные распри, бандиты будут на каждом шагу чинить свои бесчинства, наркотики, грязь, множество голодных и обездоленных людей. Одни женщины будут отдавать себя за кусок хлеба, другие – искать выгоду во всём, корысть, похоть, жадность и злоба. Ты нужен мне там. Я хочу, чтобы ты начал бороться с этими грешниками, уничтожая их, а я здесь, в аду – с их низкими и прогнившими душами. И так, я заранее уничтожу много этих мерзких людишек, а это даст нам благосклонность Бога – Отца, хотя бы на время.

– Но, Люций, почему я?

– Ты, Пауль, мой лучший воспитанник, и я доверяю тебе без меры. Ты сильный, смелый и тебя невозможно сбить с цели, с задания, которое я тебе дам.

– Но, Люций, я же вообще ненавижу людей, и не смогу жить среди них! Я их просто сразу всех поубиваю! А женщин я вообще не переношу! Я считаю их слабыми, никчемными существами, способными только продавать себя, как можно выгоднее, сильным мужчинам.

Люцифер лукаво улыбнулся и произнёс:

– Ну-ну, Пауль, не все женщины такие, это живя здесь у меня, в аду, ты привык видеть только грешниц, но поверь мне, бывают девушки словно ангелы, только их души сюда не попадают. Да и потом, ты ещё так молод и не познал плотской любви, отсюда и твоя полная ненависть к женщинам. Ты ещё совсем не понимаешь, как сладки, они бывают, а есть некоторые из них даже равные мужчинам.

Молодой человек фыркнул и с яростью в голосе продолжил диалог:

– Нет, Люций, я ещё вообще не готов рассматривать женщину, тем более, как равное мне существо, и я никогда не поверю, что среди них есть ещё ангелы в это развратное время, куда ты, меня хочешь отправить.

Люцифер хитро улыбнулся и, взяв дощечку из рук Пауля, швырнул её в стену. Она разбилась на мелкие щепки, и одна из них, отскочив от стены, впилась блондину в руку, как острая заноза, оставив вокруг себя каплю его алой крови. Он вскрикнул от резкой боли, и его сознание затуманилось.

Пауль медленно открыл глаза, они были такими чёрными с золотыми искорками в зрачках, что можно было утонуть в их притягательной черноте, словно глубокой бездне. Парень встряхнул головой, чтобы развеять густой туман, который висел в ней тяжёлым занавесом, и как-то отрешённо поправил волосы упавшие ему на высокий лоб, встал, пошатываясь, с большой двуспальной кровати. Всё ещё не понимая, что с ним произошло, в полусогнутом состоянии он дошёл до огромного окна и открыл его. В комнату ворвался свежий морской бриз, Пауль глотнул свежего воздуха, глубоко вдыхая его в свои лёгкие, окинул взглядом открывающийся ему морской вид, и тут до его сознания, медленно, стало доходить, где он находится. Он крепко сжал белоснежный подоконник до хруста своих изящных пальцев и закричал: «Люцифер!» Его отчаянный крик улетел далеко к чудесному морю, но ответ он услышал совсем не от старого наставника и учителя, а от местных прохожих.

– Ты что, рехнулся? Орать так с ранья, какой тебе Люцифер?

– Да этот придурок, наверное, перепил ночью.

– Ага, или обкурился.