Падающий дождь

Капитан Джон Улисс Грант-младший умел владеть собой. Предложение штаба могло ошарашить любого, но, как пишут в романах, ни один мускул не дрогнул на его волевом загорелом лице. Правда, легкая испарина выступила на лбу, хотя в просторном кабинете полковника Фолькстаада работал вестингаузовский воздушный кондиционер. Капитан незаметно вытер лоб тыльной стороной ладони, когда полковник повернулся на вращающемся стальном кресле и обратил свой взор на расшторенную карту Вьетнама, висевшую у него за спиной.

Полковник постучал длинным желто-черным шариковым карандашом по пункту на карте, расположенному, насколько мог видеть со своего места капитан, милях в ста пятидесяти севернее семнадцатой параллели.

— Это место, — торжественно проговорил полковник, — наверняка станет славной вехой в истории Центрального разведывательного управления и «зеленых беретов»! Ирония ядерного века, капитан, заключается в том, что самым эффективным современным оружием является не замороженная «балансом ужаса» межконтинентальная баллистическая ракета с ядерной боеголовкой, а партизанская война, которая еще Наполеону казалась анахронизмом!

Полковник взял из герметически закрывавшейся коробки на столе филиппинскую сигару, отрезал кончик специальными ножницами, разломал пополам деревянную спичку и воткнул половинку без серы в туго спрессованный табачный лист. Затем он закурил от другой половинки спички и пустил в потолок несколько благоухающих колечек дыма.

— Теперь, капитан, — сказал он, переведя наконец взгляд на Гранта, — вы понимаете, почему мы досрочно сняли вас и вашу команду А-345 с форпоста в Ай-Кор[1]. Нам нужны только добровольцы, но, зная вас как образцового офицера специальных войск, мы не сомневались, что вам понравится это дельце. Именно для таких заданий вас готовили в Форт-Брагге. Вы видите, капитан, что я курю филиппинскую сигару. А мне, признаться, гораздо больше нравится кубинская «корона». Увы, партизаны отняли у нас и Кубу, и кубинские сигары! Еще раньше партизанская война стоила «свободному миру» Китая, Алжира, Северного Вьетнама. Пока мне вовсе не пришлось отказаться от восточной кухни и даже от филиппинских сигар, пора и нам самим стать партизанами.

Полковник подался вдруг к Гранту, принял заговорщицкий вид.

— По секрету говоря, капитан, отнюдь не исключено, что мы снимем лайковые перчатки, на которых настаивают все эти штатские демократы, и обрушим наконец атомный удар по Северному Вьетнаму.

Капитан Грант давно знал, что самые воинственные «ястребы» вьют себе гнезда подальше от войны и что полковник Фолькстаад — рупор радиоактивных идей генерала Кэртиса Эмерсона Лимэя, идей, которые шокировали даже министра обороны Макнамару. Лимэй мечтал с помощью ядерных бомбежек выиграть войну и загнать вьетнамцев в каменный век.