Падающие в небеса

– Мотя, давай рванем отсюда, посидим на лавочке, покурим! Танцевать не хочется, да и жарко здесь очень, – предложил выпускник 10 «В» класса Михаил своему другу и однокласснику Матвею Лифшицу.

Ребята сидели рядом на стоявшей у стены лавочке и с тоской смотрели на танцующих в зале выпускников. Столы, накрытые в актовом зале в первой половине вечера, убрали, предоставив все помещение для танцев. Таких же скучающих, как они, было еще человек двадцать, остальные выпускники разбрелись по классам, беседовали с учителями, втихаря поглощали в туалете дешевый кубинский ром, потягивая сигареты «Ява» и «Стюардесса», и только единицы, в основном девочки-отличницы, продолжали танцевать. Июнь в нынешнем году выдался в городе на редкость жарким, поэтому находиться на вечере, посвященном выпуску 1973 года известной на всю страну физико-математической школы № 2 города Москвы, было невмоготу.

Духота в зале превзошла все мыслимые ожидания, а открыть окна директор не решался: через них могли влезть выпускники прошлых лет и, что было еще более опасно, – испариться нынешние.

Для учителей выпускной вечер являлся настоящим испытанием. Ведь если в обычных школах заканчивали учебу два, максимум три класса, то во Второй школе – их, как правило, было пять, а в этом году даже шесть. А вот первого звонка для первоклашек в школе не проводилось – самые юные ученики приходили сразу в седьмой класс, предварительно пройдя сложнейшие вступительные экзамены по математике. Благодаря такой системе занимались здесь в основном талантливые ребята, становившиеся потом профессорами и академиками, повторяя путь своих родителей. Среди выпускников Второй школы считалось обычной нормой стопроцентное поступление в самые престижные технические институты.

– Я бы с удовольствием, но как мы выйдем? – после продолжительной паузы, во время которой он внимательно изучал ножки танцующих девушек, произнес Матвей. – У входа родители дежурят.

– Ерунда, пройдем через заднюю дверь – там открыто, я проверял, и дежурит трудовик.

Произнеся последние слова, Михаил многозначительно подмигнул. Он всегда подначивал друзей на авантюрные, порой опасные поступки, но сегодня его предложение было как нельзя кстати. Можно было не сомневаться, что учитель труда уже получил свою бутылку «Havana Club. Banana», популярного в этом году, приторного до тошноты кубинского ликера, и ждал друзей, чтобы честно отработать взятку.

Матвей посидел еще минуту, халтурная группа, игравшая модные советские шлягеры, порядком поднадоела, он огляделся по сторонам и предложил:

– Тогда побежали, только давай Антошку найдем и возьмем его с собой!

– Ты уверен, что он нам нужен? – Михаил и раньше недолюбливал одноклассника Антона Авдеева, а теперь перестал общаться с ним совсем, узнав, что тот собирается поступать в Высшую школу КГБ.

В глубине души Михаил завидовал Антону, что именно его пригласили поступать в закрытое престижное заведение, путь в которое для Сапожникова был заказан.

– Конечно, мы ведь четыре года за одной партой просидели!.

– Положим, за одной партой ты сидел с ним только на английском, а на всех остальных уроках он садился с другими…

– Неважно, – прервал размышления товарища Матвей, – я хочу, чтобы он пошел с нами.

– Как знаешь! – Михаил попытался произнести эти слова с максимальным безразличием.

Друзья вышли из актового зала и сразу увидели Антона, стоявшего в группе родителей, учителей и выпускников.

– Ладно, ты позови Антона, а я пойду трудовика еще раз предупрежу, чтобы он не ушел, пока нам дверь не откроет.

Антон тем временем подошел к учительнице математики Зое Михайловне Фотиевой и начал возбужденно с ней разговаривать. Он вместе с еще четырьмя учениками ходил у математички в любимчиках. Хотя, честно говоря, это было очень даже непросто. Математичка приближала к себе только ребят, отмеченных «божественным даром», как она это называла. Вот таким одаренным был и Антон, победитель всевозможных городских и всесоюзных олимпиад по математике, прирожденный аналитик, способный любую самую сложную задачу разложить по полочкам, превратив ее в сочетание простых, легко решаемых.