Ожидание

В зимний вьюжный день возле магазина с вывеской «Все для удобной жизни. Фирма „КВИНТА“» лежал труп бородатого, одетого в замызганную шубейку человека. Рядом стояла милицейская машина. «Скорая помощь» уже побывала, врач засвидетельствовал смерть. Теперь милиционеры ждали следователя прокуратуры, который должен был осмотреть тело и место события. Дело было ясное, это валялся никому не нужный бомж, умерший по понятной причине, — но бомж уже был не бомж, а труп, представляющий интерес для закона.

Милиционеров в машине сидело двое, Саша и Виктор. Саша был шофер, а Виктор участковый инспектор в звании лейтенанта. Здесь он оказался потому, что раз в неделю участковые дежурили в отделе, ездили на вызовы.

Следователь запаздывал, метель — сухая, с мелким снежком — все мела, труп занесло бы уже совсем, если бы его не обтаптывали прохожие. Он лежал поперек тротуара, народ бежал, опустив головы, и натыкался на него внезапно.

— Гляди! — толкнул Саша Виктора, который читал газету, завалявшуюся в машине.

По тротуару, едва превозмогая вьюгу, брел собрат покойника, такой же потрепанный жизнью человек. Заметив, чту перед ним, он стал, как останавливаются увидевшие вдруг яму под ногами, и замахал отчаянно руками.

— Упадет! — сказал Саша.

— Не должен, — было мнение Виктора.

Бомж упал. И долго не мог подняться. Мертвец словно держал его. Бомж боролся, у него обламывалась то одна, то другая рука, испуг был на его лице.

— Тоже смерти боится! — сказал Саша с удивлением. — А по мне, лучше сдохнуть, чем так жить.

— Как посмотреть… — возразил Виктор. — Можно и бомжом жизни радоваться. Вон Игорь Ухтин…

— Ну, Ухтин… Он лучшей жизни и не знал, детдомовский ведь. Говорят, его в «Химик» пригласили?

Ухтин, про которого заговорили Саша и Виктор, был бомж, но такой, который не пил, не курил, занимался спортом — бегом и футболом — и не жаловался на судьбу. — теперь, говорят, он бегает от помойки к помойке не просто так, а банку гоняет. Ухтин тоже с бородой… — посмотрел на мертвеца Саша. — Как думаешь, кто он в прошлом был?

— Наверное, интеллигент какой-нибудь… Кто сейчас бороду носит? Художники, музыканты…

— У нас Косых бороду отпустил, — вспомнил Саша. — А какой же он интеллигент! Ты еще не служил у нас, с ним случай был. Копали траншею возле изолятора и выкопали кости человечьи. Изолятор, ты знаешь, в монастыре бывшем — наверное, кладбище рядом располагалось. И вот Косых полез рыться в костях. Его предупреждали: «Брось, не тревожь покойников». А он в ответ одно: «Дураки! Здесь золото должно быть». Ничего, конечно, не нашел, а вечером упал на лестнице и ногу сломал. Целый месяц потом в запое был — так на него этот случай подействовал.

Саша рассказал, и они оба некоторое время помолчали, глядя задумчиво на покойника.

— Вообще-то есть что-то… — повертел неопределенно пальцами Виктор. Вот тоже случай. На моем участке дедок один зарезал свою соседку. Обыкновенный дед, спокойный, почти не пьющий, и вдруг зарезал. Сестра покойницы рассказала мне, что сорок дней назад у них умер отец. И когда он лежал в гробу, у него приоткрылись глаза, а когда гроб привезли на кладбище, то приоткрылся и рот. Оказывается, есть поверье: если у покойника открываются глаза, значит, он кого-то высматривает. Потому и кладут пятаки на глаза. А если открывается рот — это он зовет кого-то. Через девять дней после смерти отца умерла его жена. И у нее тоже открывались глаза и рот.

— Ух ты! — вскрикнул Саша.

— Да. Через девять дней жена, через сорок дочь… Я спросил: а вы не боитесь, что теперь ваша очередь?

— Ну? А она что?

— Она ответила, что, по поверью, такая цепочка заканчивается на третьем человеке. Как говорится, хотите верьте, хотите нет. Но факт тот, что эти смерти в самом деле были. На моем участке все случилось. Три человека в одной семье за такое короткое время — это само по себе загадочно.

— Никак следователь? — спросил Саша про человека из остановившейся возле них иномарки.

— Следователи на «мерседесах» не ездят, — ответил Виктор и был прав. Это притормозил ехавший мимо Поляков, глава «КВИНТЫ», владелец этого и многих других магазинов в городе.

— Парни, а ну давай его в сторонку! — с энтузиазмом сказал Поляков. Он когда-то был комсомольским секретарем и хотя обрюзг и располнел с той поры, но голос и повадки комсомольца-энтузиаста сохранились. — Что он прямо перед входом валяется!

— Нельзя, — коротко и угрюмо ответил Виктор.

— Следователь из прокуратуры должен приехать осмотреть его, — объяснил Саша.

— Да что его смотреть! Ясно же — бомж. Хотя бы вон туда. Мешает ведь людям.

— Нельзя, сказано вам, — отрезал Виктор.

Поляков уехал. Виктор скомкал газету: