Озеро жизни

Поздний ужин подходил к концу. Алсу, накормив годовалого сына, посадила его на диван и начала разливать чай. В это время, неслышно ступая, в дом вошел черный, с белой отметиной на шее, кот. Он обошел комнату взглядом, затем, стараясь не привлекать внимания ребенка, подошел к столу и запрыгнул на стоящий рядом свободный стул. Артур, обсуждавший с женой предстоящую поездку на сенокос, даже не обратил внимания на него, пока не услышал недовольный, капризный голос:

– Нехорошо, совсем не по-человечески поступаете… Сами поели, а о бедном котенке забыли…

Из рук Алсу с грохотом упала на стол чайная ложка, а Артур, поперхнувшись чаем, воскликнул:

– Фу, черт! Напугал. Никак не могу привыкнуть к твоим перевоплощениям… Здорово, дружище!

– Сегодня суперлуние, что ли? – Алсу радостно взглянула на кота. – Неужели прошел год? И теперь мы до восхода солнца будем слушать этого усатого наглеца?

– И тебе не кашлять! Мне кажется, шеф, в этом году ты держишься намного спокойнее, чем в прошлом, – отозвался кот, не обращая внимания на вопрос женщины. – Хотя под столом лужа и штаны мокрые. Что бы это значило?

– Сын у меня на коленях сидел. Облил чаем, – поспешил оправдаться Артур.

– Дети, жена… Зачем тебе это надо было? Надев обручальное кольцо, мужчина не только теряет свободу, но и утрачивает смелость, инициативу…

– Я тебе, паршивец, покажу «зачем?» – воскликнула Алсу, принимая боевую позу. – Получишь ты у меня, блохастый, мухобойкой по спине!

Кот, сообразив, что взболтнул лишнее, поспешил пересесть на другой стул, стоящий подальше, и исправил ошибку:

– Дорогая моя хозяюшка! Это я, так сказать, высказался фигурально обо всех мужчинах, имея в виду себя и прочих. Поэтому отложи пока мухобойку. Ой, смотри-смотри, что делает твой распрекрасный, шустренький сыночек…

Алсу обернулась и увидела, как мальчик, добравшись до подоконника, начал расправляться с ее многострадальной геранью. Женщина бросилась спасать цветы, не забыв при этом пригрозить кулаком коту: «Погоди ты у меня!»

Усатый шутник, поняв, что мухобойка забыта, тотчас осмелел и поспешил высказать свою просьбу:

– Жду, любимая хозяюшка, жду, когда ты принесешь мне свежей сметаночки. Спешу напомнить, что в обед ты мне налила всего лишь полчашечки молока. А от этой белой жидкости у меня в животе только заурчало. Как думаешь, шеф, это не колики у меня начинаются? От нерегулярного приема пищи. Очень скверно, скажу вам, держать такого умного и красивого кота, любимца всей округи, на голодном пайке.

– Этот умный и красивый кот по идее должен мышами кормиться. Или я ошибаюсь? – спросил Артур, старательно пряча улыбку.

– Не царское это дело бегать за разной мелкой тварью, – глубокомысленно изрек кот, растягиваясь на стуле. – Тем более, ты сам возвел меня в султаны. Поэтому мои слуги должны мышей поставлять на мой стол на блюдечке с золотой каемочкой.

– Что? Султан – это кличка, а не монархический сан! – Артур не выдержал, расхохотался. – Ну и нахал же ты, братец! Под словом «мои слуги» ты, конечно, подразумеваешь меня?

– Почему же только тебя? У тебя есть еще жена, – не растерялся кот.

– Вот расскажу Алсу, тогда точно ты сам добровольно откажешься от трона и побежишь поскорее ловить грызунов.

– Ты что, шуток не понимаешь? – изобразив на мордашке нарочитый испуг, Султан спрыгнул на пол. – Мне совершенно не хочется, чтобы твоя жена догадывалась, что мы ее приобрели в наш дом для… для выполнения, так сказать, домашних работ.

– Ох, доведет тебя когда-нибудь твой длинный язык до Киева! Но, так и быть, накормлю я вас, Ваше Величество, свежей сметаной. Смотри не лопни!

– Не-е-е… Не дождешься! Заруби себе на носу, человек: коты, не коровы, едим лишь столько, сколько необходимо, только, так сказать, для поддержания нашего организма в рабочем состоянии.

– Ух, каким ты умным и дерзновенным стал! – Артур налил в тарелку сметаны и поставил на пол. – В прошлом году более скромным был…

– Все течет, все меняется. И мы не исключение, – Султан степенно подошел к посуде и не спеша начал лакать сметану. – Нижайшее спасибо, шеф, уважил ты меня, – изобразил он поклон, когда закончил трапезу, но затем бесцеремонно начал воспитывать Артура. – Кстати, пока нет никого, смени свои брюки. Негоже взрослому мужчине расхаживать по дому в мокрых штанах. Могут войти соседи. Пойдут суды-пересуды. Да и неприлично это. И еще. Извини, конечно, но позволь напомнить тебе, что ты в прошлом году за этим столом обещал мне до сегодняшнего суперлуния завершить книгу о моих подвигах. Не забыл?

– Что–то ты, котяра, путаешь, – возмутился Артур. – Это я обещал маме и Алсу дописать дневник о наших приключениях у Озера жизни. Ну и тебе, в том числе…

– А я о чем гуторю, то бишь, толкую? – невозмутимо отпарировал Султан. – Ты правильное решение принял. Потомки должны знать о подвигах своих отцов. Давай доставай нашу книгу. Мне до восхода солнца надо успеть дослушать твои записи и высказать свое авторитарное мнение.

– Какое, какое мнение? – удивился хозяин дома.