Озеро нашей надежды

Лукас Демарко любил уверенность и контроль. То, что предлагал ему его кузен Стив Фостер, не имело отношения ни к тому, ни к другому.

— Главным образом, Южная Америка, — сказал он. — Уверен, «Пасифик роботикс» займет там выгодное положение на рынке высоких технологий.

Лукас надел на голову мокрый каяк, взял весло и пошел с частной пристани на Пьюджет-Саунд, принадлежащей его семье, к лодочному сараю.

— Политическая обстановка там слишком нестабильная.

— Они не собираются национализировать отрасль, занимающуюся высокими технологиями, — возразил Стив, идущий следом за ним в деловом костюме и легких кожаных туфлях. — Это было бы равносильно самоубийству.

Положив каяк на траву рядом с сараем, Лукас размотал садовый шланг:

— Верно. Безумные диктаторы всегда принимают рациональные решения.

— Если мы этого не сделаем, Лукас, это сделает кто-то другой.

— Ну и пусть, — ответил он, расстегивая и снимая свой спасательный жилет. Несмотря на теплый майский вечер, вода в океане была еще недостаточно теплой, поэтому, чтобы не переохладиться, Лукас предусмотрительно надел гидрокостюм. — Я не возражаю быть вторым.

Стив уперся руками в бока, и на его темном пиджаке образовались складки.

— Окончательное решение принимать не тебе.

— И не тебе тоже. У нас патовая ситуация, и это означает, что нам придется сохранять статус-кво.

Это Лукаса вполне устраивает. У него есть дела поважнее. Он должен как можно скорее решить проблему, связанную с опекой над его осиротевшей племянницей Амелией.

У них со Стивом по сорок пять процентов акций «Пасифик роботикс», поэтому десять процентов, принадлежащие Амелии, в любом случае имеют решающее значение.

Лукас, Стив, а также несколько десятков человек, занимающих высокие посты в корпорации, и конкуренты знают об этом. Тот, под чей контроль перейдут акции Амелии, будет иметь решающий голос при обсуждении любых вопросов на заседаниях совета директоров.

Лукас и его брат Конрад вложили сердце и душу в корпорацию стоимостью в миллиард долларов. Пока Конрад был жив и контролировал акции своей дочери, и Амелия, и корпорация были в безопасности. Но теперь, когда Конрад погиб, Лукасу нужно стать постоянным опекуном Амелии, чтобы получить контроль над ее десятью процентами. Это единственный способ защитить малышку от стервятников, которые попытаются использовать ее в своих корыстных целях, и гарантировать стабильное будущее «Пасифик роботикс».

— Ты сукин сын, — проворчал Стив.

Пожав плечами, Лукас открыл кран и направил струю воды на каяк, чтобы смыть соль с его внутренней поверхности.

— Хорошо, что моя покойная мать не может этого слышать.

— Я опротестую дедушкино завещание, — поклялся Стив, повысив голос. — Думаешь, я не смогу доказать, что сделал Конрад?

— Конрад женился и стал отцом, — ответил Лукас, проигнорировав укол боли. Он все еще переживал из-за гибели брата.

Когда у Конрада родилась дочь, он, согласно завещанию их деда, обеспечил преимущество Демарко перед безответственными Фостерами, которые предпочитали отдых на эксклюзивных курортах годовым отчетам и совещаниям.

Хотя у Лукаса самого вызывала подозрения быстрота, с которой его брат влюбился в Монику Хартли и женился на ней, он никогда не делился ими со Стивом.

Будучи первой правнучкой их деда, Амелия, согласно его завещанию, стала его наследницей. Стив уже настоял на проведении анализа ДНК, который доказал, что Конрад был отцом Амелии.

Перевернув каяк вверх дном, Лукас продолжил смывать с него соль.

— Когда состоится слушание по делу об установлении временной опеки? — спокойно спросил Стив, и внезапная перемена его тона насторожила Лукаса.

Моника, жена Конрада, погибла вместе с ним в результате крушения легкого самолета, и ее сестра Девин Хартли борется с Лукасом за право опеки над Амелией.

— На следующей неделе, — ответил Лукас.

Стив прищурил глаза:

— Что, если Девин выиграет?

Лукас понял, куда тот клонит.

— Держись от Девин подальше, — предупредил он Стива, яростно сверкнув глазами.

Его кузен посмотрел на опускающееся за горы солнце:

— Это свободная страна.

— Я не шучу, — сказал Лукас, закрывая кран. — Не смей подходить к Девин Хартли.

Она показалась ему женщиной порядочной, но немного взбалмошной и слишком эмоциональной, чтобы прийтись ему по вкусу. Все же он не мог отрицать, что в ее улыбке и движениях было что-то манящее. В тот вечер на свадьбе Конрада ее синие глаза сверкали так, будто она знала какую-то тайну, и он обнаружил, что хочет ее узнать.

Лукас знал, что это нелепо, и в конечном итоге убрал это воспоминание в дальний уголок своей памяти, где оно и хранилось до сих пор. Впрочем, это не имеет значения. Главное сейчас — не позволить Стиву войти к ней в доверие. Помешать ему открыть филиал «Пасифик роботикс» в Южной Америке.

Стив самоуверенно улыбнулся:

— Если она выиграет, ничто не помешает мне с ней подружиться.

— И у тебя еще наглости хватило назвать меня сукиным сыном, — сказал Лукас.

— Еще я могу назвать тебя трусом, не имеющим воображения.