Отцы-святогорцы и святогорские истории

Во имя Отца и Сын и Святаго Духа

Я мучаюсь угрызениями совести из‑за того, что не делал никаких записей с подробностями рассказов об отцах, прославившихся своими добродетелями и живших в недавнее время, всего, что поведали мне благочестивые старцы, когда я был еще новоначальным монахом. Также мне совестно за то, что по своему нерадению я не сохранил — даже в памяти — все те необыкновенные события, которые происходили с этими святыми монахами и о которых они, ради моей духовной пользы, рассказывали мне с присущей им простотой.

Монахов того времени отличали великая вера и простота. Хотя большинство из них были малограмотны, благодаря своему смирению и подвижническому духу они непрестанно просвещались Духом Святым. В наше же время, когда познания столь умножились, логика, увы, подвинула веру с ее оснований, наполнив души людей вопросами и сомнениями. Следующим же шагом будет то, что мы лишимся чудес, потому что чудеса нужно переживать, а не объяснять логически.

Мирской дух, господствующий теперь среди людей, которые все свои старания направили на то, чтобы сделать свою жизнь как можно лучше, иметь больше удобств и меньше труда, как это ни прискорбно, повлиял также на большинство духовных людей, вслед за всеми устремившихся к тому, чтобы получить освящение, затрачивая при этом как можно меньше усилий, чего не может быть никогда, потому что"святые отдавали кровь и принимали дух"(см.: Свт. Иоанн Златоуст"Толкование на 118–й псалом". Здесь и далее примечания переводчика.). Поэтому, несмотря на всю радость, которую испытываешь от того, что сегодня наблюдается возвращение к святым отцам и монашеству, несмотря на все восхищение нашей замечательной молодежью, которая посвящает себя духовным идеалам [1], сожалеешь, видя, что этому доброму тесту недостает соответствующей духовной закваски, из‑за чего оно плохо поднимается, и хлеб из него получается пресный.

Раньше, лет двадцать назад (книга была написана в 1980–м году, поэтому имеется в виду начало шестидесятых годов — перев.) в уделе Божией Матери[2] можно еще было отыскать простоту, и аромат этой простоты притягивал к себе множество благочестивых людей, которые собирали ее подобно пчелкам. Затем они передавали часть этого духовного богатства другим людям, чтобы те тоже получили для себя какую‑то пользу. Куда бы ты ни пошел, всюду можно было услышать о чудесах и необычайных явлениях, о которых рассказывали с большой простотой, потому что отцы считали все это чем‑то естественным.

Живя в такой благодатной духовной атмосфере, нельзя было допустить даже помысла сомнения в том, что слышал, потому что и сам ты мог увидеть нечто подобное. Но вместе с тем не приходил помысл и записать все эти чудесные события или хотя бы удержать их в памяти для последующих поколений, потому что, как тогда казалось, это святоотеческое состояние продлится еще долго. Откуда нам было знать, что уже через несколько лет большинство людей от многой образованности обезобразится, так как знания станут преподаваться в духе безбожия, и люди не будут просвещаться Духом Божиим, Который освящает и внешнюю образованность, и что неверие достигнет таких размеров, что чудеса будут считаться сказками древних времен? Конечно, когда врач — безбожник, тогда, сколько бы он ни обследовал какого‑нибудь святого с помощью различных научных методов и технических средств (рентгеном и т. д.), ему никогда не удастся различить действия благодати Божией. Тогда как, если он и сам причастен святости, сможет увидеть свечение Божией благодати.

Чтобы нарисовать живую картину благодати и сделать для читателей более понятным святоотеческий дух, который господствовал еще несколько лет назад, я для примера приведу несколько случаев, которые произошли с простыми монахами того времени.

Когда я был еще новоначальным монахом и жил в Эсфигменском монастыре, благочестивый отец Дорофей рассказывал мне, что в монастырский приют приходил помогать старчик, имевший такую простоту, что считал Вознесение, являющееся престольным праздником этой обители, одной из великих святых, как, например, святая Варвара (греческое слово Аналипси — "Вознесение" — относится к женскому роду, поэтому старец принял его за имя святой — перев.). Поэтому, молясь по четкам, он читал и такую молитву:"Святая Божия, моли Бога о нас!"Однажды в приют пришел больной брат, однако в тот момент там не нашлось пищи, чтобы он смог ею подкрепиться. Тогда наш старчик быстренько сбежал по ступенькам вниз, спустился в подвал, просунул через окошко, выходившее на море, руки и попросил:"Святая моя Аналипсия, подай мне рыбку для брата!"И, о чудо! Большая рыбина вдруг выпрыгнула из воды прямо ему в руки. Он же как ни в чем не бывало взял ее и, радуясь, приготовил ее в утешение своему брату.