Отрицание

Она кралась по тёмной галерее, стараясь не дышать. Босые ноги ступали по отполированному камню совершенно бесшумно. Чёрные одежды скрывали её в тенях. Вокруг было тихо, только бешеный пустынный ветер трепал верхушки пальм, высунувшихся над крышей дома. Их шорох заглушал её дыхание, тени от листьев метались по стенам особняка, скрывая её движения. Вокруг было безлюдно. Дом спал.

И всё же она боялась. Страх душил её, заставляя сердце колотиться у самого горла. Она решилась на побег, зная, что у неё только один шанс из десяти тысяч, но она попыталась сбежать всё равно. Сдаться или быть пойманной — итог один. Поэтому она рискнула и теперь скользила, как тень, молясь всем богам и уповая, что выбрала верное направление.

Она с радостью приветствовала ночной холод, что позволит ей не умереть от жажды хотя бы в ближайшие часы. Холод — это хорошо. Она согреется. Она отогреется потом, когда выберется. А сейчас можно и потерпеть. Только бы выбраться, только бы найти выход из это роскошной клетки.

Когда она преодолела первый поворот, в её сердце появился крохотный огонёк надежды, что, может быть, её безумный план удастся. И чем дальше она уходила, тем сильнее разгорался этот огонёк, подстёгивая побежать скорее к своей цели. Но нет. Она будет терпелива. Она умеет быть терпеливой и скрупулёзной. Она будет вести себя тихо и аккуратно, ведь, если её заметят — это конец.

Тишина обнадёживала и в то же время пугала. Ей чудилось, что из каждого тёмного угла на неё кто-то смотрит. Смотрит и ухмыляется злорадно, дожидаясь, когда она, наконец, поверит в своё спасение, чтобы убить эту надежду. Ведь только победа, вырванная в шаге от поражения, дарует ему наивысшее наслаждение. А ей — отчаяние.

Тух-х-х…

Она замерла. Ей послышалось? Как будто мешок уронили на камни. Она прижалась к стене и навострила уши. Тишина. Только шелест листьев и её испуганное дыхание. Может быть, ей и правда только почудилось? Но всё же она сорвалась с места и бесшумно, как только могла, устремилась к желанной свободе. Она бежала на цыпочках, старательно обходя пятна света.

Тух-х-х…

Нет. Ей не послышалось. Кто-то бодрствовал в доме. Совсем рядом с ней. Она припустила ещё быстрее, надеясь успеть. Она беззвучно молилась неведомо кому, чтобы её побег не обнаружили. Ведь кто-то может просто выйти, чтобы подышать ночным воздухом. Правда?

Ах-х-х!

Задушенный хрип прозвучал совсем рядом. Нет, это не было случайностью. «Это всё…» — пронеслось в её голове. Глотку сдавило от ужаса, движения стали рваными, но она всё равно заставляла свои ноги двигаться. Она не сдастся! Ни за что! Им придётся тащить её за волосы!

Приближающиеся уверенные шаги зазвучали в галерее кошмарным набатом. Она не успеет! Не успеет! Кто-то большой шёл за ней. Мужчина. Нет! Нет! Только не это! Она задрожала и застыла на месте. Бежать бессмысленно. Она недостаточно быстра.

Скрыться! Может ей удастся спрятаться? Она закутана в чёрное. Она сможет укрыться в тени. Тело плохо слушалось от ужаса, но она заставила себя медленно отступить в тёмный угол. Она закуталась в ткань, прикрывая ладони и стопы. Девушка сжалась в комок на полу и отвернулась к стене, чтобы её расширенные от ужаса глаза, не блеснули в случайном луче света.

Шаги приближались. Её парализовало от страха. Она задержала дыхание, чтобы не выдать себя. Она молила: «Пройди мимо! Пожалуйста! Просто пройди мимо!» Вдруг шаги затихли недалеко от неё. Она вся обратилась в слух, не смея повернуть голову и посмотреть, что происходит за её спиной.

Железная рука сомкнулась на её плече и дёрнула назад. Она заполошно вздохнула и нелепо взмахнула руками. Ужас оглушил её. Когда она врезалась спиной в чьё-то каменное тело, она не смогла даже закричать. Сильная рука обхватила её поперёк груди, приковывая к преследователю, а на рот легла огромная шершавая ладонь.

Не думая, она изо всех сил вцепилась зубами в эту ладонь прямо сквозь ткань. Во рту стало влажно и солоно. Над её головой послышался сдавленный полный ярости рык, но ладонь с лица не исчезла, лишь сдавила сильнее. Вот тогда она забилась. Истерично, бездумно. Она отказывалась сдаваться без боя.

Она пыталась вырваться, но всё тщетно. Тот, кто держал её, был больше и гораздо сильнее. Она трепыхалась в его руках, и его хватка всё усиливалась, пока не выдавила из неё воздух. Перед глазами заплясали мушки, голова сделалась лёгкой от удушья. Ей не уйти. Ей ни за что не уйти от него…

— Ти-и-ихо! — прорычал он ей в самое её ухо.

Юбка неприлично натянулась на бёдрах и норовила подпрыгнуть выше положенного ей места дислокации. Инесса зло стащила её через голову и швырнула на кровать, где уже лежал ворох таких же отвергнутых юбок и платьев. Пора было признать: она снова не влезает в свой гардероб.