Оторва с пистолетом

В слабо освещенной хоккейной коробке слышались трескучие щелчки клюшек, гоняющих шайбу по исчерканному льду, позванивали коньки, сопели и орали сорванными голосами азартные пацанята. Чуть в стороне от площадки, у засыпанной снегом деревянной песочницы, неуклюже топтались совсем маленькие, укутанные в теплые шубки-комбинезончи-ки и до самых носиков замотанные шарфами. Молодые мамаши приглядывали за своими «колобками», все время пытавшимися куда-то «укатиться», а заодно общались между собой, обсуждая околовсяческие женские проблемы. На дощатой горке пыхтели и повизгивали, скатываясь вниз, донельзя извалявшиеся в снегу поросята и поросюшки старшего детсадовского и младшего школьного возраста. Между припорошенными снегом кустами и деревьями бабки выгуливали разных мелких шавок неопределенной породы. У гаражей, тянувшихся вдоль бетонного забора, отделявшего двор от территории какого-то небольшого предприятия — заводом оно числилось, фабрикой или еще чем-то, обитатели двора не интересовались, — кучковались автолюбители со своими тачками. Летом их тут, конечно, толклось побольше, потому что сейчас многие бережливые-осторожные позапирали своих железных лошадок до весны, сняв с них зеркала, аккумуляторы и даже резину.

После семи вечера двор стал постепенно пустеть, а к девяти уже почти никого не осталось. Автомобилисты последними покинули двор, заперев гаражи, и пошли смотреть программу «Время». Правда, через несколько минут после этого из подъезда вышла какая-то припозднившаяся бабуля с большой собакой — должно быть, она предпочитала «Времени» энтэвэшную программу «Сегодня», которая начиналась в десять вечера. Собака с мощным гавканьем принялась носиться по двору, не рискуя вызвать протесты молодых мамаш, которые уже увели со двора своих «колобков» и, поди-ка, даже успели уложить их спать. Старушка, ежась от холода, с опаской посматривала по сторонам — уж очень неуютно было во дворе об эту пору. Конечно, каких-либо нападений шпаны при наличии здоровенной собачары бабуля не очень опасалась, но все-таки…

А тут еще во двор через прямоугольную арку-подворотню въехала какая-то незнакомая иномарка. Хотя хозяйка большой псины не больно разбиралась в автомобилях — в лучшем случае «Жигули» от «Волги» могла отличить! — но зато давно жила в этом доме и хорошо знала, кто из местных жителей на чем катается. А потому сразу углядела, что эта большая черная машина с тонированными стеклами явно нездешняя. И за то, что такой автомобиль здесь прежде не появлялся, могла бы поручиться если не на все сто, то минимум на восемьдесят процентов. Уж во всяком случае могла бы с полной уверенностью сказать, что ни у одной из ее сверстниц нет богатого сынули с таким транспортным средством, и ни у одной из жительниц этого дома нет поклонника или любовника, который бы разъезжал на такой крутой иномарке.

Зато бабуля, вдоволь насмотревшаяся сериалов, хорошо знала, что на дорогих иностранных машинах на Руси ездят в основном бандиты. Конечно, старушка еще не настолько выжила из ума, чтоб подумать, будто представители организованной преступности прибыли по ее душу, потому что жила в неприватизированной однокомнатной квартире, а общая стоимость того, что в этой квартире находилось, вряд ли дотягивала до трехсот долларов по нынешнему курсу. Но при этом бабушка — опять-таки, по опыту сериалов! — сильно опасалась стать случайным и единственным свидетелем… чего-нибудь. То есть что именно может у них во дворе произойти, она конкретно не знала, но была убеждена, будто нечто криминальное должно произойти обязательно. А потому, как ей казалось, граждане бандиты, недолго думая, уберут потенциальную свидетельницу.

В общем, старушка заторопилась домой. Загвоздка состояла в том, что бабулькина собачара, хоть и справила в оперативном порядке все свои основные собачьи надобности, со двора уходить не спешила. Зверюга была молодая, прыткая, сил и энергии у нее было в избытке, а воспитанием этого щенка-переростка, к тому же беспородного — как выражаются в обиходе, «смесь бульдога с носорогом» — бабка не занималась. В том смысле, что исполнять какие-либо команды типа «тубо», «нельзя» или «место», зверь был совершенно не приучен. Впрочем, команду «фас» он бы тоже не стал выполнять, если б человек, на которого его нацелили, лично ему был чем-то симпатичен. А вот если кто-то почему-либо ему не понравился, пес мигом всадил бы в него свои свежие клыки, даже если б хозяйка стала возражать. Именно по причине полной невоспитанности своего барбоса старушке и приходилось выгуливать его тогда, когда двор пустовал.