Оторопь в Красной Пустыне

До сих пор не верю, что такое реально случилось. В 1999 году я вознамерился проехать на автомобиле из Сиднея в Аделаиду, прямо через пустыню, поперёк всего материка. Мне хотелось лично осмотреть красные пески сердца континента. В одиночку. Чтобы никто не мешал созерцать и медитировать. Закупив бесчисленное количество бутылей воды, я забил ими весь салон своего внедорожника Мицубиси Паджеро. Десяток канистр с бензином я затолкал в багажник. Всё было готово. Я осознавал, что могу сгинуть в тысячекилометровом безжизненном пространстве. Высохнуть как египетская мумия.

Мумии таких безумцев регулярно находили на просторах Великой Австралийской пустыни. Ненайденные числились без вести пропавшими. Но любопытство и жажда адреналина взяли верх. Я нажал на педаль газа.

Закончились кварталы города, перестали мелькать деревья, пошли мелкие кустарники, почва песчанела, пески наливались зловещей краснотой из-за избытка в них железа, солнце плавило асфальт, машина раскалялась как сковорода. За пять часов езды по дороге попалась только колонна из восьми фур. Даже они здесь ездили стаями ради безопасности. Кроме меня, дураков пробираться через горнило Ада на легковом автомобиле, притом в одиночку, в этот день не нашлось.

Вдруг началась песчаная буря. Светило на небе померкло. Песок мёл через дорогу, но, к счастью, на ней не задерживался. Трасса шла на возвышении, по насыпи. Пыль наполнила салон. Я выехал на развилку. Дорожный указатель был повален. Всё начинало идти не по плану. Я решил, что Аделаида должна была быть скорее левее, чем правее.

Через час буря стихла. Машина летела как птица. Мне не нравилось отсутствие здесь кактусов, в отличие от пустынь Латинской Америки. По крайней мере мне они не попадались. Думаю, что кактусы своим видом вселили бы в меня чуток оптимизма, в котором я так нуждался в этом мёртвом пространстве. Они, хоть и растения, но всё же живые и приветливые своим раздутым видом и даже колючками..

Вдруг, появилась какая-то изгородь вдоль горизонта. Она приближалась. Горизонт приближался вместе с ней. Он не продолжался за неё далее. Я сбавил скорость. Изгородь стала приближаться медленнее. Горизонт вместе с ней тоже. Появился дорожный знак с надписью "Be careful, the Edge of the Earth". Я не поверил глазам. Затормозил. Выпрыгнул из машины и подошёл к знаку. Да, надпись гласила: "Будьте осторожны, Край Земли". В полном недоумении я на минимальной скорости подъехал к изгороди. На всякий случай поставил автомобиль на ручник.

Изгородь была деревянной. Просто столбики с полметра высотой, отстоящие один от другого метра на два, с положенными на них горизонтально брёвнышками. Какие были везде в стране кенгуру. И тоже пропитаны антисептиком — зелёным бихроматом натрия, импортированным с российского АО "Новотроицкий Завод Хромовых Соединений". Всё было обыденно, как будто я припарковался на какой-нибудь ферме. Просто за изгородью не было земли. Я опёрся руками на перекладину, осторожно высунул голову вперёд за неё и глянул вниз. Там ничего не было! Внизу зияло чёрное ночное небо. Притом без звёзд. В ужасе я втянул голову назад.

— Вы, наверное, здесь первый раз, — сказал знакомый голос сзади. Я вздрогнул от неожиданности и обернулся. Передо мной стоял Стивен, мой коллега по работе в биржевом филиале Дойч Банка.

— А вы уже давно про это знали? — поинтересовался я, всё ещё не оправившись от потрясения.

— Да, уже лет пять как сюда езжу. Раньше кордоны спецназа всех заворачивали километров за десять отсюда, говорили военная база мол. Теперь их сняли, — сообщил он.

— Почему сняли? — удивился я.

— Более не имеет смысла. Общество уже достаточно зомбировано. Если вы скажете кому-то, все примут за шутку. А если будете настаивать, то упекут в психушку. Не поверят. Никто даже не удосужится приехать и проверить, — печально поведал Стив.

— А как же Гагарин? — не соглашался я.

— Помилуйте. Да также как и американские астронавты на Луне. Не было их там. И быть не могло.

— Не могу в это поверить, — упирался я.

— Глазам своим не верите? Ну загляните за край ещё раз, — понимающе улыбнулся коллега. Я последовал его совету. Бездна ужаснула ещё сильнее.