Отдайся искусству

Утро началось со слов, которые наверняка мечтает услышать каждая женщина. Вот только не от начальника и не в семь часов в субботу.

– Аня, ты мне нужна, – с придыханием сказал в трубку Матвеев.

И нет, это был не эротический подтекст, скорее всего, Игорь Владимирович хватался за сердце и вытирал платочком пот со лба. Может, ещё и капелек успел себе накапать, если говорит со мной по громкой.

– У меня на сегодня другие планы, – ответила недовольно и перевернулась на другой бок.

– Аня…

Я думала, шеф сейчас разрыдается в трубку, но оставалась непоколебимой.

– Игорь Владимирович, не принимайте вы все так близко к сердцу.

Не думаю, что случилось что-то настолько трагичное или экстраординарное, как пытается сейчас выразить своей интонацией Матвеев. Да и вообще он любитель все преувеличивать и на пустом месте разводить панику. Хорошо, пока инфаркт не хватил.

– Анна Валерьевна!

Жалость не помогла, переходит к угрозам. Сейчас должен запеть про увольнение. Мы в компании привыкли к тому, что наш Хомяк, как мы называем Матвеева, иногда включает грозного босса, когда все аргументы заканчиваются. Только видел бы он, как при этом комично выглядит.

– Да, Игорь Владимирович? – все тем же тоном отозвалась я, прижав телефон к плечу и поднявшись с дивана. Все равно сон уже как рукой сняло.

– Аня, я через полчаса за тобой заеду.

– Простите?

Вот это уже было интересно и неожиданно. Не на встречу с клиентом он меня зовёт в офис – это раз. Сам Хомяк выбирается из своей норки – два.

– Заеду через полчаса, мне нужна именно ты.

И снова эти слова. Жаль, не от какого-нибудь загорелого накачанного мачо, который с шикарной улыбкой приготовит мне завтрак.

– Размечталась, Анна Валерьевна, – сказала сама себе, повесив трубку.

Мой бывший заметил, уходя, что меня ни один нормальный мужик не выдержит. Вот хочет он на диване пивка попить, глядя старый голливудский боевичок, а у меня по плану поход в супермаркет или, еще хуже, уборка, включающая в себя протирание пыли с телевизора. И, о боже, пылесос не дает услышать коронную фразу старика Арни «Аста ла виста, беби». В итоге я оказалась эгоисткой, которую не волнуют чужие желания. А бывший был далеко не мачо, так что о загорелых красавцах действительно только мечтать остается.

И вот сейчас мои планы на выходной день портил шеф, поэтому я вернулась к распорядку рабочего утра. Душ, кофе, завтрак, утюг, одежда. Полчаса уже прошло, я вышла из подъезда и начала топтаться на месте.

Не люблю опозданий. Минута там, минута здесь – и за день теряется много времени, которое можно было потратить на полезные дела.

Шеф опоздал на пять минут, и первым делом, устроившись в салоне, я демонстративно постучала по часам.

– Анна Валерьевна, не занудствуй, – покачал головой Матвеев, распространяя по машине запах валидола.

– Итак, – пропустила я его замечание мимо ушей, – чтобы не терять времени, рассказывайте, Игорь Владимирович, куда мы направляемся и что случилось. Не люблю быть неподготовленной.

– Я так и думал, – кивнул шеф. – Папка на заднем сидении. Только это, Ань… Не выскакивай из машины на ходу.

Вот это мне не понравилось еще больше. Я потянулась за документами и, открыв папку, чуть не застонала. Но профессионализм взял верх, и я углубилась в изучение содержимого. Страховые документы, фотографии.

– А я вам зачем? – все-таки спросила, когда Матвеев припарковал авто напротив нового здания. – Пусть вон, – посмотрела я на фамилию, – Ира Соловьева и занимается.

– Во-первых, Ирина Андреевна в отпуске. Во-вторых, у нее нет такого выездного опыта, как у тебя. В-третьих, просили… – тут Матвеев заткнулся, посмотрел на меня и перевел тему: – Идем, Анна Валерьевна.

И это он еще говорил, что я занудствую? Вообще, ситуация выходила странная. Я не представляю, что такого могло случиться в галерее, если даже шеф выполз из своей норки. При этом ни одной полицейской машины я поблизости не вижу.

Выйдя на улицу, я поправила плащ, разгладила невидимую складку на брюках, убрала выбившуюся прядь за ухо и двинулась за Матвеевым к стеклянным дверям через дорогу.

На входе топтался охранник, выглядевший каким-то потерянным. Он заблокировал за нами двери и сказал, чуть ли не заикаясь:

– Все это… Наверху.

Если снаружи здание выглядело современным стеклянным монстром, больше походившим на бизнес-центр, то внутри отделка напоминала старинный особняк. Лепнина, мрамор, канделябры, позолота, замысловатые узоры. У дизайнера явно есть вкус. Соединение веков в одном месте, но при этом весьма гармоничное.

Первый этаж занимали инсталляции. Они расположились вдоль стен, оставив середину холла пустой, и на их фоне, как и благодаря мозаике на полу, создавалась странная иллюзия. Возникло ощущение, что пространство гораздо больше, чем есть на самом деле. Грамотный подход.