Отчим 2: с нуля (СИ)

Обведя всех присутствующих взглядом, Яна довольно улыбнулась. Потягивают пиво под трэш-метал, перебивают и без того искаженный звук матерной перебранкой? Знают ли эти несведущие громилы-увалени, что прямо сейчас отпадет все? Ни веселья им, ни тупых споров. Насыщенные беседы прервутся, ругань застопорится, а похабный смех застрянет в горловинах. Предчувствие необратимого заставляло язычки адского пламени в ее зеленющих глазах плясать. Леше она задала вопрос всего-то легким поднятием брови. Закатанные глаза и глубокий выдох — Яна получила вполне развернутый ответ.

— Внимание, блять! У Металлиста объявление! — голос-сирена перебил абсолютно все шумовые помехи.

Все, абсолютно все, мужики смотрели на них. Своим нахальным криком Яна не просто оборвала их разговоры, она постаралась словесно харкнуть в каждого. Не удивительно, что еще не зная сути вопроса, каждое лицо, повернувшееся к ним, было перекривлено раздражением. Яна упивалась результатом и искусывала губу от наслаждения долгожданной развязкой. На Лешу она уже не смотрела, куда вкуснее было впиться в кривые рожи его приятелей. Выдохнув так тяжело, что даже ее обдуло, он сказал:

— Тут, блять, такое дело… Мы с Яной вместе.

Плевать ей было, что Леша смог представить ее, как свою девушку, что ее заветная мечта исполнилась. Плевать было и на психологическое давление, под которым он наверняка прибывал. Яна ждала реакции. Как она и предполагала, в первые секунды ее не было. Мужики, словно ничего не услышали. Слова Леши не достигли зоны мозга, которая смогла бы придать им истинное значение. Есть Металлист, их друг, такой, как они, отбитый дядька, а есть Яна, неадекватная малолетняя заноза во всеобщей жопе. Эти люди рядом, они всегда рядом лишь из-за сложившихся обстоятельств.

Лица были такими же раздраженными, только теперь и отупевшими. Каждый ждал продолжения, пытался осознать то, что осознанию не подлежало. Дантист первым понял, что задача не из решаемых и выдавил:

— Что вместе?

— Ебемся, блять! — похабно захохотала ему в лицо Яна.

Вот такое слово все они знали. И понеслась. Выпадающие глаза из орбит, безмолвно разъезжающиеся челюсти и сдвинутые в недоумении брови. Матом от удивления не орали, абсолютно каждый находился в степени отрицания. Шок, непринятие и преднамеренное искажение услышанного.

— Смотри-смотри, не верят, ебланы!

Восторг Яны был безграничен. С улыбкой-оскалом в большую часть лица она любовалась, как неприятными эмоциями затапливало тех, кто не воспринимал ее всерьез. Театрально покружившись на одной ножке, Яна оказалась напротив Леши. Ни его поджатые губы, ни глубокие морщины между бровей не остановили ее. Взяв его лицо в свои ладони, она поцеловала Лешу, демонстрируя безграничность своей страсти. Это был не просто грязный поцелуй. Яна прижалась к Леше всем телом и даже запустила пальцы в его волосы. К ее удивлению, Леша не отпихнул ее. Правда, и энтузиазма не проявил, просто позволил довести свою игру до конца. Прервав поцелуй, Яна метнула в Лешу невинный взгляд и не менее драматично развернулась к зрителям.

— Ну что, блять, остсосали, суки?! Говорили, не найду мужика с моим-то хуевым характером? Вон, блять, какого подцепила!

В доказательство Яна пару раз похлопала Лешу по плечу, не отводя глаз от взволнованной публики.

— Ебаный рот.

— Пиздец нахуй.

Было еще пару эмоциональных возгласов тех, кто осознал раньше остальных, что приколом это быть не может. Стадия торга заканчивалась и у остальных, поэтому в их глазах мелькнуло смешанное с отвращением презрение.

— Смотри-смотри, Металлист, как ебала-то им перекосило! — разрывал пространство голос Яны.

Только теперь она признала Лешу собеседником, а не декорацией и заглянула в его лицо. Он не был морально избит, он был изрезан осколками.

— А, тебе также, — вздохнула Яна, скривив губы. — Да не сцы, привыкнут они, что ты с малолеткой ебешься. Все будет заебись.

Поток нецензурной брани захлестнул помещение. Да, стадия принятия растянулась на красочный полилог с выражением всеобщего недовольства происходящим. Яна смеялась в лицо атакующим, Леша пришел в себя и заметно скучал, слушая одно и то же. Первой адекватной фразой было чье-то:

— И давно эта хуйня, блять?

— Пару месяцев, — пожал плечами Леша.

— Он дни в ебучем календаре вычеркивал, не мог, блять, дождаться моего дня рождения, а потом как накинулся… Полный разъеб, — усмехнулась Яна.

— Блять, Яна, хватит, — скривился Леша.

— Ебанем вторую новость?

— На сегодня хуйни более, чем достаточно.

— Как хочешь. Ладно, пойду пройдусь.