Отбросы Эдема

Отбросы Эдема.

Двадцатичетырехлетняя Диара Дернен для всех была сумасбродной светской львицей трех колец – последнего оплота цивилизации на Эдеме. Средний город можно было считать вершиной пищевой цепочки, на верхнем обитали «боги», к коим относился Риак Дернен и его единственная дочь. Ее эпатажные выходки не покидали новостные ленты. Тут были и полеты на реактивных ранцах в закрытых зонах, гонки на аэрокарах, загулы на сотни тысяч кредитов, драки с соперницами и громкие заявления по поводу политики Вышеграда в оскорбительной для местных властей форме. Папа на это никак не реагировал, ему было плевать на дочурку, его жена умерла в родах, и он просто отстранился от девочки. Она ни в чем не нуждалась, в детстве ее всегда окружала свора нянек. Нянек сменили подружки и постоянная охрана, затем любовники, охрана стала незаметной. В народе ходило мнение, что Диара делает все это только для того, чтобы привлечь внимание отца. Но тот не желал общаться с дочерью и просто присылал адвоката, который вытаскивал ее из очередной передряги. Комментариев прессе он на эту тему никогда не давал.

Риак был тем, кто кормит Вышеград. Вся пища, которая поступала в город и в пояс, произведена на его орбитальных предприятиях, огромные космические станции, болтающиеся на орбите, превращали этого человека в бога. Это был очень деятельный, занятой человек, его не видели ни на презентациях, ни на светских раутах, в общении замкнут и молчалив. Он знал, что в том, что произошло с дочерью, целиком его вина, но Риак не умел просить пощады, за всю жизнь только перед одним человеком он извинялся, – его покойная жена. А еще он был очень жесток. Разоренные конкуренты, это только самая вершина айсберга, сколько его противников сожгли в печах или переработали, не знал никто, даже начальник его охраны, еще более мрачная личность. Все, что о нем известно, так это прозвище – Керамбит, и мало кто знал, что оно означает. Точно было известно только одно – этот человек из-за стены и предан Риаку.

– Ваша дочь опять отчебучила, – доложил он начальнику.

– Уже слышал, Борис, – отозвался Дарнен. – Теперь она желает бить роботов за периметром, меня уже два часа осаждают писаки, пытаясь добыть комментарий.

– Странные люди, – вполне по-приятельски заявил Керамбит. – Двадцать лет вы не давали комментариев, а сейчас вдруг дадите.

Риак улыбнулся и развел руками, словно говоря, что сделаешь, люди упрямы. Попутно он решал еще несколько очень важных вопросов, его партнер задерживал турбину для одной из космических станций. Вольфрам стал такой редкостью, детали из него находить все сложнее, всеми правдами и неправдами. Риак, которого конкуренты и люди за глаза звали Геротом, в честь хищного обитателя океана, фактически бессмертного и крайне тяжело убиваемого, пытался доставать этот металл из-за купола, перекупая его у крафтеров, мясников, рейдеров. Но с каждым годом было все хуже. А людишки, которые клепали из него доспехи, не торопились расставаться с ними, не понимая, что если его производства остановятся, через год они будут жрать друг друга. Единственный вольфрамовый рудник, который принадлежал Дарнену, иссяк три года назад, тогда-то цены и взлетели до небес. А эта гребанная Система не желала таскать ничего, кроме покойников. С ней вообще невозможно воевать. Это изобретение было благом и проклятием Эдема. В выжженных землях есть целые металлургические районы, где вольфрама вполне достаточно. Вот только добраться до них не было никакой возможности, темная сеть и военный искусственный интеллект, выживший после тотальной бомбардировки, объединились, и возникло нечто новое.

– Знаешь, Борис, – обратился Риак к Керамбиту, – мне иногда хочется сделать так, чтобы она ответила за свои слова. Взять и вышвырнуть ее в выжженные земли, пусть выживает, как хочет, а как ей надоест, вернуть, технология полного очищения от вирусов, которыми пропитано все за куполом, давно отработана, так что, технически можно дать девочке то, что она хочет. Как, кстати, ее занятия? Надеюсь Эшк держит тебя в курсе?

Борис виновато развел руками.

– Он предан только ей, против принцессы он никогда не пойдет. Он слеп относительно нее, но перегрызет горло любому, кто не просто посмеет, а только задумает ее обидеть, даже вам и мне. Только по этой причине он еще жив, лучшего защитника сложно представить. Но у меня и без него есть источники в ее окружении. Технически, она боевик среднего класса, мало кто смог бы противостоять ей в бою один на один, Эшк отлично ее натаскал.

– Сколько покушений было на нее за последний год?

– За восемь месяцев одиннадцать, – мгновенно доложил Керамбит, – она знает о двух. И то не придала им особого значения, считая нападения просто стечением обстоятельств. Мы потеряли шестнадцать полевых агентов, охрана на расстоянии плохо сказывается как на объекте, так и на защитниках.