От рассказа до рассвета

– Позвоню как долечу, Вик, – Нина убрала телефон в сумку.

Самолет взлетел, унося девушку в двухнедельный отпуск. За стеклом иллюминатора появились разноцветные квадратики и овалы, напоминающие по цвету ее любимое зеленое вино «Винью Верде». Нина сразу вспомнила его острый привкус с ароматом болгарского и белого перца, зеленой фасоли и лайма. Португальцы определенно знают толк в правильных сочетаниях.

Нина попросила стюардессу принести бутылочку воды. За окошком искрилось солнце, как молодое невыдержанное в бочках вино, красиво, но неприятно.

Всего через пару часов она прилетит домой. Еще ни разу за десять лет этот факт не приносил ей удовольствия. Встреча с матерью была ей неприятна и мучительна. Эта женщина напоминала ей то время, когда Нина чувствовала себя ничтожеством и нищебродкой, донашивала одежду за старшей сестрой и питалась жидким бульоном на костях.

Все, что ей пригодилось из прошлой жизни – это любовь к винам и умение приспосабливаться к абсолютно любым обстоятельствам.

Нина сбежала из дома, лишь только ей исполнилось шестнадцать. Познакомилась в баре с хозяином столичного ресторана и уже на следующий день, взяв с собой лишь документы и пару комплектов белья, они вместе вылетели в Москву.

Давид устроил ее к себе в ресторан официанткой, а уже через полгода Нина стала сомелье. Она разбиралась в винах, как музыканты разбирают произведение по нотам. Жизнь с Давидом не сложилась, но они остались друзьями. Недавно он женился на молоденькой студентке–переводчице, а Нина до сих пор находилась в активном поиске своей второй половины.

Этот отпуск она планировала посвятить отдыху и хорошенько развлечься. Столичная жизнь не давала как следует расслабиться.

О своем приезде она никого не предупредила. Решила устроить друзьям сюрприз, а мать поставить перед фактом.

Самолет благополучно совершил посадку, и Нина почувствовала, как сердце в груди предательски стучит. В этом городе даже воздух был другой, наполненный запахом прокисшего портвейна и горьким смогом от табака. Проклятые флешбеки тут же напомнили о себе.

Нина вызвала такси. Чертов город. Провести здесь отпуск было плохой идеей, надо было соглашаться лететь с Викой в Рим. Нина проезжала мимо стареньких стрекавшихся по швам домов и сжималась от ненависти к этим трущобам. Ничего, покажется матери и уедет в гостиницу. Оставаться в доме с крысами и клопами она была не готова.

Дверь ей открыли сразу. На пороге стояла женщина лет пятидесяти с усталыми глазами и отечными веками:

– Нина? – только и сказала она.

Девушка отодвинула ее плечом и прошла в комнату. Резкий запах чего–то тухлого ударил в нос. Нина зажала его рукой и только потом увидела на кровати лежащую мать. Или кого–то отдаленно ее напоминающую.

– Доча, – прошептали с кровати, – ты…

– Не надо, мам, – Нина отвернулась к двери, где стояла чужая женщина, – что с ней?

– Рак, неделю назад выписали после операции. Насовсем.

Нина снова посмотрела на лежащую на кровати женщину. Почему же она не испытывает к ней никаких чувств? Девушка достала из кошелька деньги. Много. Все что хотела потратить в отпуске.

Оставила их на грязном столике у кровати.

– Здесь должно хватить на все, – тихо сказала она и вышла из квартиры.

***

– Нинка! Вот это сюрприз! – Анжела соскочила со стула и кинулась на шею подруге, расцеловала, – давно прилетела?

– Утром! – прокричала ей в ответ Нина. Музыка в баре заглушала все вокруг, – пошли отсюда?

Анжела взяла сумочку и девушки вышли на улицу.

– Как я рада тебя видеть, малыш! Завтра у Новиных свадьба, кстати, тебе непременно нужно пойти, там все наши будут. Покажешь им как выглядят столичные сомелье, а не местные дегустаторы.

– Здесь звезды всегда такие яркие. И близкие. В Москве небо совсем другое.

– Ага, смог там у вас, заводы. Нин, как на личном у тебя?

– Одна. Может к Набережной пойдем? Хочется к воде.

Анжела кивнула, и они направились в сторону реки. Нина достала из сумки открытую бутылку «Лефкадии Резерв»:

– Лучшее что нашла здесь. Отвратительный вкус, никакой сложности букета, – отпив из горлышка несколько глотков она протянула ее Анжеле, – попробуй. Столичный сомелье рекомендует.

Анжела попробовала вино и вернула подруге бутылку:

– Ничего так, вкусное. Вот серьезно, Нин, ты просто пьешь вино и тебе за это платят?

– Ты, когда попробовала – что почувствовала?

– Ну вино как вино. Сладкое какое–то.

Нина улыбнулась и села на бетонную плиту возле берега:

– У него медовая текстура. Подходит к лобстерам и креветкам. Я не пойду к Новиным на свадьбу завтра. У меня утром обратный самолет. В Рим полечу.

– Ну ты даешь, на день всего прилетела! А что я всем скажу?

– Так и скажи: Нинка на звезды приезжала посмотреть да за бульон на костях расплатиться.

– Какой бульон? – не поняла Анжела.

Нина будто не услышала ее вопрос:

– Смотри, какая луна сегодня огромная. Так красиво в реке отражается рябью.

Она скинула с себя туфли и подошла к реке. Вода еще не успела остыть и теплой волной накрыла ее ступни. В правой руке Нина держала «Лефкадию Резерв», а левой махала подруге:

– Смотри, смотри – я на Луне!