Особенная

– Вот, Владюш, возьми, – звучит за спиной голос моей матери, липким слоем окутывающий мою спину. Не приятно. Просто до какого-то ужаса неприятно.

– Валентина Ивановна, да не стоило…

– Что ты…Ты ведь так нам помогаешь. Моя Света как за каменной стеной, – улыбается она, а я морщу лицо, пока никто не видит.

Влад – наш сосед. Взрослый парень, от которого у меня неприятный холод по спине и колючие мурашки на коже. И вовсе не потому что он мне нравится. Он на одиннадцать лет старше меня и всё время пытается проявлять какие-то неоднозначные знаки внимания. Например, сегодня он вызвался подвезти меня до площади, где завтра состоится сбор в летний лагерь, а моя мама любезно согласилась, хотя я предпочла бы автобус. Как будто ему в этот день больше нечем заняться. Хорошо, что она будет на работе в это время и можно просто сбежать без выяснения причин моего такого поступка. Я доеду сама…

– Увидимся, да, мелочь? – спрашивает он меня, а я уже удираю вниз по лестнице в магазин.

– Ага, – кидаю вскользь на прощание и думаю «в следующей жизни».

Сегодня неплохой день. Солнечно, но свежо. Осталось купить напоследок средства гигиены, что я и планирую сделать, доходя до небольшого магазинчика возле дома. Размышляю, бреду по улице с наушниками в ушах и напеваю любимые песни. И в метрах двадцати как назло стоят двое знакомых парней из моей школы. Блин! Что они вообще здесь делают? Разве мажоры ходят в такие магазины? Я почти уверена, что у них есть свой собственный гастроном.

Нет уж. Я даже мимо проходить не хочу. Поэтому просто сруливаю с тротуара и иду в огромный супермаркет, который располагается на другой стороне улицы. Не хочу случайно стать темой для обсуждений или оскорблений. Вот так мне намного спокойнее…

Летом батя отправляет меня в лагерь, и я дико опечален этим фактом, потому что мы с моим лучшим другом Митяем собирались иначе мутить. У нас был план, а теперь всё через задницу. И началось всё с тех мудаков, что меня толпой отпиздили в соседнем дворе. Это по беспределу вообще было. Нас на районе все знают и уважают, а тут залётные какие-то. Димас тогда чуть ёбу не дал. Сидел возле моей койки как девка сопливая. Я конечно благодарен был, но чё-то он уж сильно сентиментален в этом. Хотя я его понимаю. Тут в Андрюхе дело. В старшем брате, которого он не так давно потерял. И всегда будет в нём.

Лагерь этот не так далеко от города находится. С языковым уклоном. Ну, хочет батя, чтобы я английский поднатаскал до идеала, будет сделано. Чё я тупой что ли? Вроде пятёрки одни. По олимпиадам почти первый. Буду стараться. Надо так надо.

Стою возле автобуса с дорожной сумкой и Митяя высматриваю. Он, как обычно приехал, и лыбу давит, глядя на меня издалека. Вчера вот только виделись. Недалеко от школы ошивались, потому что на тренировку вместе ездили. А он такой, блядь, довольный, будто год меня не видел. Нас одиннадцатый класс уже ждёт. Мне семнадцать, и я вообще не знаю, нахер, кем хочу стать в этой жизни. Мой батя – учредитель и по совместительству гендиректор атомной компании в Москве. Денег у нас хоть жопой жуй, вот только он меня в ежовых рукавицах держит, точнее, старается. Если батя Митяя – нормальный такой мужик, который ему спускает многое, то для меня там лавочка со всех сторон прикрыта. Женя то, Женя это. А Женя всегда подстраивается. Они с маман всё восемнадцатилетия моего ждут, контролировать меня пытаются. В дела посвятить хотят, а я как не родной, потому что похер мне на всё это. Я сам хочу, только мне периодически напоминают, что должен.

– И хера ли я тут делать буду без тебя? – возмущается друг и жмёт мне лапу. Я смотрю на нас со стороны и понимаю, что мне реально здесь ловить нечего. Я их всех больше головы на две. Димка ржёт как конь педальный, а я губы растягиваю от недовольства.

– Убей меня, просто убей, – прошу его, и он хлопает по плечу.

– Я тебе джека привёз. А то батя там твой небось инвентаризацию устроил на выходе, – шепчет он, поглядывая на моих предков, которые общаются с организаторами поездки.

– Бля, братан. Я вот тебя реально зацеловать готов, – улыбаюсь, пока Димка издевательски показывает мне горлышко бутылки за пазухой косухи. – Чё давай, типа поссать пошли.

– Ну гоу.

Едва успеваем отойти, как батя мне в спину орёт моё имя, так, что аж все другие Жени оборачиваются. А может и не только Жени. Я бы на их месте вообще обосрался.

– Ща, я отлить, – чертыхаюсь, пока Димка головой качает.

– Чё-т он капец тебя прессует по жёсткому…

– Да всё с того случая. Думает, был бы я трезв, убежал бы. Да хуй там валялся. Меня с кирпича сразу же в затылок приложили, – открываю дверь в помещение кафе неподалеку, и Димас тут же достает весь свой арсенал, в том числе фляжку, что у него с недавнего времени всегда в кармане лежит.

– Не напоминай, нахуй. Урыл бы пидорасов…

– Да поздно уже. Хер их найдешь.