Основы понимания архитектуры

Чтобы изменить документ по умолчанию, отредактируйте файл "blank.fb2" вручную.

 Как понять архитектуру египетского храма, построенного несколько тысячелетий тому назад? Как разобраться во всех его частях, во всех его деталях? Конечно, если мы будем со вниманием вглядываться в каждый камень, будем искать объяснения всего увиденного и наблюденного, то в конце концов многое поймем, многое станет нам ясным. Однако есть и другой путь, который позволит достигнуть куда более ощутимых результатов. Этот путь связан с познанием человека той эпохи, его суждений, его представлений о природе и мире. Поэтому, если на наше счастье от этой глубокой древности до нас дошла лишь строчка, говорящая о взглядах создателя этих непонятных, иной раз даже каких-то таинственных сооружений, то мы получим в руки путеводную нить — ключ к пониманию существа заинтересовавших нас произведений — их композиции, составляющих частей, тех или иных приемов и отдельных детален, которые в совокупности определяют архитектурный замысел.

 Судьба, в данном случае, благоприятствовала нам. До нас дошла надпись, вложенная жрецами в уста бога Амона, главного божества Фив — столицы Египта эпохи Нового царства (XVI—XI вв. до н. э.). В ней он так обращается к фараону: «Я дал тебе силу и победу над всеми странами; я распространил твою славу повсюду, страх перед тобою до четырех столбов неба... и поверг твоих врагов под твои сандалии... земля в длину и ширину, на запад и восток подвластна тебе». Если такой неизмеримой силой, величием и славой был, по мнению египтян, наделен фараон, то каков же должен был быть сам бог Амон! Вот эта-то неземная сила и величие божества нашли свое выражение во всемирно известных грандиозных храмах Древнего Египта — в Карнаке, Луксоре и Эдфу. Здесь все было поставлено на службу прославления божества и его земного наместника — фараона.

1. Храм Хонсу в Карнаке. XII в. до н. э. План

 Из истории мы знаем, что храм — это, по представлениям того времени, земное жилище бога. Поэтому по размаху архитектурной композиции, по величию грандиозных архитектурных масс, по силе создаваемого тонко рассчитанного впечатления храм несравним с царским дворцом той эпохи, хотя в отдельных своих частях он все же зависел от него. А эта зависимость, эта связь не случайны. Ведь храм сооружался на средства фараона и как величайшее деяние его времени прославлял фараона — заказчика и вдохновителя постройки.

 Чтобы попасть в храм, чтобы удостоиться лицезреть его святыню, чтобы ощутить все величие божества, египтянину надо было приготовиться пройти ряд этапов — «ступеней очищения». С этой-то целью была разработана определенная последовательность частей египетского храма, воспринимаемого в процессе движения — во времени. Эта система поражает нас и сейчас своей продуманностью и вниманием к каждой детали (илл. 1).

 Длинная двухкилометровая аллея из одинаковых по форме и размеру сфинксов — овнов (баранов), водруженных на высокие постаменты, ведет к храму, возведенному на краю пустыни. Мерный ритм расстановки этих скульптур, их одинаковый облик настраивал на определенный лад участников медленно двигавшейся процессии. Каждый из сфинксов наделен деталью, которая создает представление о роли и значении идущего мимо этих своеобразных скульптур человека — голова каждого сфинкса опирается на небольшую человеческую фигурку. Различие в масштабе настолько велико, что сперва даже можно не заметить этой фигурки, но ее неоднократное повторение заставляет, наконец, глаз не только остановиться на ней, но и сопоставить ее с монументальной формой животного. А так как человек привык сравнивать себя, порой даже интуитивно, с различными предметами видимого мира для определения их размера, то сфинксы сразу же как бы вырастают в его сознании в масштабе, в то время как сам человек невольно начинает казаться неизмеримо малым, даже ничтожным перед лицом этих застывших таинственных стражей храма. Этот прием сопоставления масштабов, неоднократно повторяемый в архитектуре египетского храма, позволял достигнуть необычайно эффектных результатов, порабощая сознание древнего египтянина.

 Наконец, мы перед храмом, вернее перед его входом, поскольку само здание храма невидимо за двумя широкими и высокими стенами—пилонами, скрывающими его от нашего взора. В древности по сторонам храма располагались обнесенные высокими оградами сады. Ими могли пользоваться только жрецы, что не позволяло видеть храм с боковых точек зрения.