Ослы

Осел принадлежит к семейству лошадиных. От лошади он отличается длинным пучком волос на конце хвоста, короткою, прямо стоящею гривой и очень длинными ушами.

Понятливость и сообразительность осла совсем не так незначительны, как обыкновенно считают. Он обладает превосходной памятью и всегда находит дорогу, по которой хоть один раз прошел.

Ослы нередко бывают хитры и лукавы, порою очень упрямы и непослушны.

Выше всего у осла развит слух, затем зрение и обоняние, осязание же развито очень слабо.

Вкус у осла очень нетребовательный, он ест очень сухие солоноватые травы, овес и клевер, чертополох и колючие кустарники. Только в выборе питья осел очень разборчив; к мутной воде осел, как бы он ни хотел пить, не прикоснется; вода может быть соленой или пресной, но должна быть чистой.

В пустынях из-за ослов часто приходится терпеть большие неудобства, так как они не хотят пить мутную воду из меха.

У ослицы бывает один, очень редко два осленка, которые очень привязаны к матери.

На втором году жизни осленок делается вполне взрослым, и его приучают к работе.

Ослы очень выносливы, и при самой тяжелой работе доживают до 40–50 лет.

На востоке, главным образом в Персии, Турции, Аравии, Египте, домашний осел употребляется, как у нас лошадь, в качестве вьючного и упряжного животного. Кроме того, молоко ослиц употребляется в пищу. Оно сладковатого приятного вкуса, питательно и удобоваримо, вследствие чего его нередко прописывают больным.

Родоначальником домашнего осла является дикий осел, так называемый онагр.

Онагр размерами значительно меньше лошади, спина его серебристо-серого цвета, бока, шея и бедра блекло-солового; по спине и задней стороне ляжек тянутся белые полосы. Шерсть у онагра мягкая и шелковистая.

Онагр живет табунами по всей Средней Азии, но предпочитает окрестности озер и рек; зимой табуны диких ослов совершают далекие кочевки в поисках мест, богатых кормом, а весной снова возвращаются на летние пастбища.

Табуном, состоящим из пяти-тридцати животных, предводительствует старый опытный жеребец.

К разновидностям осла принадлежат так называемые полуослы: кулан — киргизов и джиггетай — монголов.

Эти ослы имеют легкое изящное тело, тонкие стройные ноги, прямо стоящие, сравнительно короткие уши, немного длиннее, чем у лошади; голова их несколько велика, копыта маленькие, грива короткая.

Полуослы бывают светлого желто-бурого цвета, хвост и грива у них темнобурые; вдоль спинного хребта, от гривы и до хвоста, идет красивая черная полоса.

Куланы и джиггетаи живут табунами, за которыми с трудом может угнаться самый искусный охотник, так как эти животные отличаются необыкновенной ловкостью и быстротой бега. Туземцы все же охотятся за ними, так как они не только употребляют их мясо в пищу, но и продают шкуры. Из шкуры ослов выделываются пергамент и кожа, идущая на приготовление барабанов.

Покинув станцию Байонна ранним утром теплого июньского дня, поезд линии Кот-д'Аржен оставил на платформе большой саквояж, переносную палатку, сверток одеял, банджо[1] Билли и меня самого.

В Байонну мы с Билли приехали с целью приобрести осла. Нам необходим был хороший, спокойный, сильный, добронравный и усердный осел для перевозки саквояжа, свертка одеял и банджо в Пиренеи, а затем все дальше и дальше, до синего Средиземного моря.

Байонна нам очень понравилась. Этот удивительный город расположен в стране басков, вблизи границ Франции и Испании. Жители ее принадлежат к трем национальностям, но все они точно слились в одно по своей жизнерадостности, добродушию, опрятности и необычайной вежливости. В Байонне сразу же чувствуешь себя, как дома.

Сам город имеет совершенно средневековый вид. Улицы его узкие и извилистые, дома высокие, с нависшими верхними этажами. Прекрасная широкая река Ардур и приток ее Кайва делят город на три части, а мосты, соединяющие эти три части, хорошо расположены и прекрасно выстроены.

Рынок, на котором продавались ослы и лошади, находился за рекой, в маленьком местечке Сант-Эспри, и походил на рынок любого английского провинциального города, отличаясь только несколько большим оживлением, — красное вино сильнее взвинчивает нервы, чем пиво. Покупатели и продавцы кричали, лошади ржали, быки ревели, ослы орали, — все эти звуки создавали невообразимый шум.

Продажных ослов оказалось немного, и цены на них заставили нас вытаращить глаза. Восемьдесят рублей просили за необъезженного годовалого осленка, сто сорок — за объезженного трехлетнего осла, да и то весьма сомнительного нрава.