Осиное гнездо

Еще каких-то десять лет тому назад все мы, представители среднего и особенно старшего поколения, жили тихо и скромно, никому не завидуя, вяло строили коммунизм и активно вооружались. Не только для защиты священных рубежей нашей Родины. В нас жила идея освобождения других народов и построения светлого будущего на всей планете, за что нас не только уважали, но и боялись, как чумы, а теперь, когда мы, волею судьбы, сами очутились в этом проклятом капитализме, — возмущению нет конца.

Разительный контраст между толстосумами, взяточниками, чиновниками, вовлеченными и погрязшими в коррупции по уши и простыми людьми мешает нам взглянуть на себя со стороны. Мы привыкли, чтобы о нас заботились. Нас отучили от самостоятельности. Мы не хотим видеть и признать, что продукция, созданная руками рабочих Германии, Франции, Италии лучше нашей, что богатство этих стран создано самим народом, а не правительством. И почему мы не можем сделать то же самое? Неужели мы хуже остальных?

Обвиняя во всех наших бедах наше правительство, мы забываем, что они, члены правительства, не инопланетяне, а выходцы из нашей среды, что какие мы сами, таково и наше правительство.

Главный герой этой книги Дискалюк — взяточник-толстосум, которого можно встретить везде на пост советском пространстве. Но огромный капитал, который он сколотил нечестным путем, не принес ему счастья. Мало того, он привел его к преждевременной гибели. Рисуя портрет главного героя и его сообщников, автор не мог обойтись без сатиры и юмора: Дискалюк — человек невысокой культуры с огромными возможностями и в этом он так похож на многих финансовых воротил-толстосумов, рассеянных по всему пост советскому пространству.

Среди героев книги есть и те, кто жил и хочет жить под опекой государства, чтоб о нем заботились, как это было при советской власти, не желая ударить палец о палец ради создания собственных материальных благ.

Инструктор Н-ского обкома партии Дискалюк, как только закончилось бюро, на котором первый секретарь обкома Бандровский огласил, что в Москве произошел переворот, КПСС распущена и наверняка будет запрещена, и вполне возможно, коммунистов начнут отлавливать и сажать за решетку, схватился за голову, запустив жирные пальцы в жидкие волосы и чтоб унять душевную боль, вырвал несколько пепельных волосинок. Поняв, что хуже уж и быть не может, он решительно поднялся, зажал свой дипломат под мышку и бросился к закрытой двери. У двери стоял милиционер по стойке смирно, но Дискалюк, не обращая на него внимание, как и раньше, рванул дверь на себя и очутился лицом к лицу еще с одним стражем порядка в гражданском костюме.

— Уже?! — воскликнул он, поднимая руки кверху. — За что? я только исполнитель воли партии, сам я зла никому не делал. Тогда уж всех разом.

Но работник КГБ сам испугался и сделал шаг в сторону.

— Проходите, пожалуйста, — сказал он, — прикладывая руку к пустой голове.

— Ну, слава Ленину, вернее слава Богу, — произнес Дискалюк, вобрав голову в плечи.

Спускаясь вниз через ступеньку по боковой лестнице, он выскочил на улицу и направился к своей машине, в которой сидел обнаглевший шофер с папиросой в зубах. Сейчас он тянул дешевую сигарету «Дымок» и загадочно улыбался.

— Ну, что, Дмитрий Алексеевич, дела не важны, да? Видимо, нам с вами придется искать работу в скором времени, не так ли? — ехидно спросил водитель, услышавший ошеломляющую новость по радио «Свобода».

— Открой боковое стекло, навонял тут, дышать нечем.

— Это можно, — сказал водитель и открыл обе двери машины «Волга». — Куда теперь поедем?

— Ко мне домой, срочно! Закрывай двери, заводи машину, дорога каждая минута. — Дискалюк достал платок из кармана брюк, приподнял шляпу и вытер лысый потный лоб. Он, как и раньше, сел на заднее сиденье, хорошо зная, что не только местные вожди, но и вожди более высокого ранга садятся за спиной своего шофера во избежание всяких непредвиденных случайностей и неожиданностей.

Водитель завел машину, но не тронулся с места, давая мотору прогреться. Сидя в развалку за рулем, он неторопливо повернул голову к своему шефу, чтобы посмотреть на его бледное лицо, шмыгающий нос и дрожащую нижнюю губу, и хитро улыбнулся.

— Не томи, времени мало, — буркнул шеф.

— Куда едем-то? в тартарары?

— Ко мне домой, а затем в Бычково.

— Я отвезу вас домой, а потом… мне бы где перекусить не мешало. Уже три часа дня, а я не завтракал.

— Согласен. Пятнадцать минут тебе хватит? В Бычкове в шесть часов вечера совещание председателей колхозов Раховского района, на котором я делаю доклад. Не опаздывай.

— Пять минут прибавьте, — нагло потребовал шофер.

— Пять, но не больше, — сдался шеф.

— Заводи мотор.