Ошибки, которые нельзя исправить (СИ)

Одиссева Пенелопа

Ошибки, которые нельзя исправить

Наши дни.

Лекция по западной экономике проходила нудно и безэмоционально. Проектор выводил на мультимедийную доску графики и цифры, статистику и даты; профессорша Алина Фаридовна, больше похожая на успешную бизнес-леди, чем на преподавательницу, сухо комментировала основные положения лекции, студенты тихо переговаривались между собой, склонившись над планшетами. Соседки листали "Вог" под столом и шептались, изредка вовлекая в обсуждение и меня.

Невольно вспомнила лекцию в старом университете, в том не престижном и малоизвестном городке, откуда я родом. Проучившись два года в нем, попала в этот международный университет в одном из крупных городов России.

Волной накатили события прошедшего года. Стало грустно и захотелось к маме.

Год назад.

Старая классическая аудитория, заполненная студентами, пахла рассохшимся деревом и мелом. За кафедрой - Василич, немолодой и довольно грузный преподаватель, нудным голосом вещал то, что мы могли узнать и в учебнике, поэтому три группы нашего второго курса занимались своими делами. В аудитории стояла практически тишина, и вошедшая посередине занятия Марина Петровна, наш декан, осталась довольна увиденным.

Студенты, склонив головы к партам, усердно записывали конспекты. На самом деле эти конспекты были к следующим семинарам, и наша 211-ая группа списывала у 212-ой, у которой этот семинар уже проверили, а 213-ая группа готовилась к практической работе, написанной нами еще на прошлой неделе. Поток был дружным и на редкость удачливым. Никто из преподов не догадался о "списывательной системе", выручающей второй курс. По крайней мере, прошлую зимнюю сессию мы сдали успешно, и готовились к летней.

- Андрей Васильевич, мне нужна Галина Зимина из 211-ой, - Марина Петровна обвела аудиторию взглядом и, заметив меня, замахала рукой подзывая. - Галя, Галя, ну, иди же!

Сердце упало куда-то в живот, перед глазами замелькали черные точки. Не смогла подняться со скамьи, ноги словно задеревенели. Ребята сочувственно оглядывались на меня. Пересохшими губами еле выдавила:

- Что-то с мамой?

- Нет, нет, что ты! - Марина Петровна оказалась около меня и успокаивающе погладила по спине. - К тебе тетя приехала...

Дальше я не слушала. Облегчение сменилось удивлением, и, всю дорогу до деканата я промучилась вопросом: а что нужно моей дорогой и вечно занятой тетушке?

Тетя Валя приходилась родной сестрой моей маме. Две сестры долгое время не общались, честно говоря, только после смерти отца я узнала о наличии столь близкой родственницы. И то, если бы мама год назад не попала в больницу и ей не понадобилась пересадка костного мозга.

По рассказам мамы, тетя Валя была против моего бесперспективного и безденежного отца, и на правах старшей сестры пыталась диктовать маме условия и настаивала на разводе, но отец увез маму в другой город, где и появилась я.

На семнадцатом году жизни я познакомилась с тетей Валей. Знакомые девочки сразу стали завидовать и мечтали оказаться на моем месте. Еще бы!

Валентина Михайловна занимала высокий пост в администрации соседнего города, развивала свой бизнес, дважды была разведена, и не имела детей. Окружающие тут же решили, что она будет относиться ко мне, как к дочери, и со стороны, наверное, это так и выглядело. Узнав о болезни сестры, тетушка приехала и помирилась с ней, познакомилась с племянницей.

Она выглядела намного моложе моей мамы, хотя и была старшей. Высокая ухоженная женщина, стильно и дорого одетая, с правильной речью и манерами английской аристократки. Я не могла поверить, что они родные сестры. Мама, сколько её помнила, работала обычной библиотекаршей, одевалась на рынке, и единственное их сходство с тетей проявлялось в росте и цвете волос. Сестры были обладательницами иссиня черных волос и зеленых глаз, что передалось и мне.

Тетя помогала маме с лечением, оплачивала лекарства, настояла на поступлении племянницы в университет, в котором работала её подруга - та самая Марина Петровна. Городок у нас был небольшим, и все в университете знали о болезни моей мамы и о тете - "фее-крестной". Некоторые всерьез думали, стоит мне попросить, и у меня в кармане окажется пачка денег. Лишь лучшая подруга Оля знала: после занятий я мчусь к маме в больницу, потом всю ночь работаю официанткой в круглосуточном кафе, а на парах сплю с открытыми глазами.

Общались мы с тетей Валей редко и в основном по телефону. Чаще всего мне звонила её помощница Вера, узнать, поступили ли на счет деньги для мамы, и уточнить даты очередных дорогостоящих процедур. Поэтому я очень и очень удивилась появлению тети в университете.

- Здравствуй, Галина, - кивнула она мне, едва мы с деканшей зашли. Тетя сидела на кожаном диванчике и пила чай. Две девушки-секретарши стояли около неё по стойке смирно, а у дверей высился охранник тети, Паша, кажется.

- Валентина Михайловна, если нужно поговорить, мой кабинет в вашем распоряжении, - Марина Петровна услужливо открыла дверь в соседний кабинет.