Осенняя лихорадка

Безмолвие ночи пронзил надсадный визг тормозов, лязг металла, а вслед за ним сквозь зловещую тишину донесся мерный рокот прибоя. Терри распахнула глаза, сердце тревожно забухало в ребра, и, набросив халат, она выскочила на веранду. Ноги стали как ватные, в горле стоял ком…

Тихо, словно страшась увидеть то, что ей предстоит увидеть, Терри подошла к калитке и, толкнув ее плечом, на неверных ногах зашагала к шоссе. Лужица крови… Мотоциклетный шлем на обочине… «Харлей» посреди дороги на боку, переднее колесо еще крутится, поблескивая при свете луны хромированными спицами…

Терри взглянула на номерной знак, и из ее горла вырвался крик. Мотоцикл мужа. Сегодня он должен был вернуться из Борнмута. Стэн работал вторым пилотом и любил шутить, мол, рулить приходится маловато — вот и гоняет на своем «харлее»…

Усилием воли Терри проснулась и с минуту молча смотрела в темноту, пытаясь прийти в себя. Снова этот кошмар… Она протянула руку и на ощупь включила ночник. Начало третьего… А вчера ночью она проснулась в два.

Кошмары начались сразу после смерти мужа, вернее после прощания с ним на кладбище. Терри надеялась, что ночные кошмары и бессонница, которая, как уверяли врачи, развилась как защитная реакция на кошмары, — естественный результат нервного потрясения и со временем все придет в норму. Но вот уже третий год как Стэна нет, а смириться с этим Терри до сих пор не смогла.

Терри встала: заснуть больше все равно не удастся. Может, пойти погулять по берегу, подышать морским воздухом? Нет, сейчас ей нужен не воздух, а человеческое тепло и дружеское участие. Нужно с кем-нибудь поговорить. Или хотя бы перекинуться парой фраз — просто почувствовать, что ты не одна на всем белом свете.

Она скинула ночную сорочку и быстро оделась — джинсы, белый джемпер, бежевые замшевые туфли на плоской подошве. Спустилась в холл, бросила взгляд в зеркало, провела щеткой по пепельно-русым волосам, подвела губы коралловой помадой и вышла в ночь.

После смерти Стэна она осталась в доме одна: ей было в нем одиноко и пусто, но все же это был ее дом. Они долго выбирали место и наконец нашли то, что искали: уютный коттедж с тремя спальнями с видом на залив. Правда, он был дорогущий и для двоих несколько великоват, но ведь и покупался на перспективу. Кто мог знать, что все так обернется…

И вот после пяти лет супружеской жизни Терри одна… Нельзя сказать, что их брак был идеален, особенно в плане секса. Стэн то слишком уставал на работе — бесконечные полеты-перелеты, смена часовых поясов, — а то просто бывал не в настроении… Но он был ее первым и единственным мужчиной. Познакомились они на вступительных экзаменах в колледже (Стэн пришел поддержать младшую сестру, приятельницу Терри), а когда Терри закончила учебу, решили пожениться.

Терри вздохнула, зажгла свет в гараже и села в свою «хонду». Она любила водить, и ее «ласточка», как она шутя называла свою машину, как всегда завелась с полуоборота и, мягко шурша по гравию, покатила к воротам. У Стэнли был еще и «ауди», но после смерти мужа Терри продала вторую машину, рассудив, что две ей не по карману.

Терри быстро домчала до круглосуточного кафе на окраине Бридпорта. Она обнаружила его вскоре после смерти мужа, когда ее начали мучить кошмары. Куда еще подашься в четвертом часу утра?

Припарковав машину под фонарем, Терри пересекла стоянку и толкнула дверь. Звякнул колокольчик, и появилась немолодая полноватая официантка в ослепительно белом переднике и с именной табличкой. В кафе было пусто.

— Ну здравствуй, красотка! — приветствовала она Терри и чмокнула в щеку. — Чашечку кофе?

— Здравствуй, Кэтти! Лучше горячего шоколада, а то у меня и без кофе со сном беда.

Несмотря на разницу в возрасте и социальном статусе (Терри работала научным редактором в реферативном журнале), Кэтти за эти два года стала ее лучшей подругой. Она была из тех немногих, кто умеет слушать и понимает с полуслова.

— Извини, забыла! Совсем замоталась, старая… — Кэтти не без кокетства оправила платье на пышной груди. — Сию минуточку. Пока народу нет, мы с тобой поболтаем. А я, пожалуй, выпью кофейку, а то меня что-то в сон закидывает, а до конца смены еще три часа…

Скоро она вернулась с подносом с чашками.

— Подруга, я человек простой и тебе прямо скажу: поменяй ты себе работу! Вот набегаешься за день с подносами — враз уснешь как убитая! А то сидишь сиднем за своим компьютером, только глаза себе ломаешь…

Терри невольно улыбнулась. Ей вспомнилось, как два года назад она впервые пришла сюда, села вот за этот самый столик, заказала чашку шоколада и дала волю слезам. На ее удачу, в ту ночь дежурила Кэтти. Она отвела Терри в комнату отдыха для служащих, выслушала ее горькую исповедь, и с той самой ночи и началась их несколько необычная, но день ото дня крепнущая дружба.