Оружейных дел мастер: Калашников, Драгунов, Никонов, Ярыгин

Шёл сентябрь 1994 года. Российский госэкспортёр оружия и вооружений готовился к переговорам с новым европейским заказчиком – нейтральной страной, не входившей в блок НАТО.

Перед началом переговоров Виктор Тримаскин – начальник отдела военно-технического сотрудничества «Внешоборонпоставки» – встретился с приглашёнными в Ижевск представителями оборонных предприятий Нижнего Тагила, Перми, Ульяновска и Вятских Полян.

– Иностранную делегацию, – сообщил Тримаскин, – возглавляет бригадный генерал Рудольф Планке. Он влиятелен как в войсках, так и в Генштабе австрийской армии. Ему ассистирует Карл Вробель. По нашей информации, Вробель – представитель разведки. Он отвечает за финансово-экономический блок на переговорах. Сегодня у нас дискуссии и презентации, завтра – демонстрационные стрельбы с участием отдела спецназа «Кречет». Командир – майор Владимир Феоктистов. Гостям, – тут Тримаскин сделал паузу, – мы приготовили сюрприз: в мероприятиях примет участие Михаил Тимофеевич Калашников.

– Здорово! – отреагировал кто-то из присутствующих. – Это будет наш козырь!..

Когда переговоры набрали ход и прошла презентация техники, гостей и представителей российского ВПК рассадили в зале по местам в строгом соответствии с планом. Началась рутинная работа. Потом участникам предложили перекусить.

Вдруг дверь зала отворилась, и вошёл Михаил Тимофеевич Калашников – МихТим, как его в своё время обозначили в секретной переписке. А так это был доктор технических наук, генерал-майор1, дважды Герой Социалистического Труда, лауреат множества премий, человек-легенда, но главное – самый знаменитый в мире конструктор-оружейник. На нём ладно сидела военная форма, грудь украшал достойный восхищения орденский иконостас.

Все побросали вилки и ножи, кто-то ринулся его приветствовать.

– Вот дьявол! – сокрушался Вробель. – Знать бы, что встретимся с самим Калашниковым, взял бы фотоаппарат!

МихТим, будто предвидя ситуацию, вручил генералу Планке свой небольшой фотопортрет с автографом. Планке аккуратно завернул фото в салфетку и бережно положил во внутренний карман пиджака.

Калашникова усадили в центр стола. Надо знать тонкий юмор этого человека.

По-свойски и по-доброму окинув взором присутствующих, он обратился к протокольщикам:

– Молодцы! Вижу, гостей голодом не мурите!

Планке и Вробель отозвались в один голос:

– Мы даже не ожидали такого приёма, хотя русское гостеприимство знаем хорошо. Есть опыт.

Поняв, что имеют в виду гости, зал грохнул дружным залпом хохота.

МихТим правил балом. Шутка за шуткой, байка за байкой, даже стихи свои прочёл. Переводчики с трудом успевали переводить.

Михаил Тимофеевич уехал около десяти вечера.

В свои номера поднялись Планке и Вробель.

Российские специалисты ещё посидели за столом, что-то обсуждая, – завтра не менее ответственная работа.

Утром в назначенное время кавалькада машин с иностранными гостями направилась к полигону. Ещё издали они могли слышать выстрелы – спецназовцы вели пристрелку оружия. На столах были выложены патроны и образцы оружия: новые автоматы со сменными модулями, снайперские винтовки, оптика, пистолет Ярыгина 6П35. Возле столов находился начальник пункта боепитания, с красной повязкой.

К Тримаскину подошёл командир отряда:

– Здравия желаю! У меня всё готово.

– Отлично, Володя, – Тримаскин потёр руки. – Пойдём ещё раз всё проверим.

А вот и иностранцы. Тут же прошёл звонок от помощника Калашникова: «Михаил Тимофеевич будет у вас через полчаса».

Но машина главного конструктора пришла раньше. Калашников всех поприветствовал и передал слово Феоктистову для представления образцов оружия.

– Михаил Тимофеевич, мы для вас отдельную трассу подготовили, – уточнил Феоктистов. – Вот – ваш новый автомат с патронами калибра 5,56.

– Хорошо. Я сегодня в боевом настроении. Можно и стрельнуть, – энергично сказал Калашников.

Бойцы ждали команды начинать.

Гостям выдали наушники. Сам же Калашников от наушников отказался, а взамен использовал две пустые пистолетные гильзы, вставив их в ушные раковины донцем внутрь. Планке заметил это и спросил у Вробеля:

– Так делают русские профи?

Тот только усмехнулся.

Началась показательная операция «Захват».

Впереди группы – боец с тяжёлым щитом в левой руке. Правой он стрелял из АПС – автоматического пистолета Стечкина. Ребята вели огонь в движении, укрываясь за щитом, поражая одну мишень за другой. Делали они это виртуозно. В глазах Планке и Вробеля – восхищение и восторг.

Потом пострелять дали гостям. Планке и особенно Вробель испробовали всё и остались очень довольны.