Оркестр

Будем как Солнце! Забудем о том, Кто нас ведет по пути золотому, Будем лишь помнить, что вечно к иному, К новому, к сильному, к доброму, к злому, Ярко стремимся мы в сне золотом. Будем молиться всегда неземному, В нашем хотеньи земном!

К.Д. Бальмонт

Афиша

Вокалист − Роман Корсаков

Клавишник − Кирилл Елисеев

Бас-гитарист − Савелий Скворцов

Ритм-гитара – Ефим Струков

Барабанщик − Олег Горячев

− Ром, сдалась тебе эта девчонка. Все равно продинамит. Пойдем лучше в «Мелодию». Катюха звонила.

− Привезли?

− Да.

Катя, старшая сестра Савелия, работает в магазине музыкальных инструментов и всегда сообщает нам о новых поступлениях.

− Идем, − решил я, что друг прав насчет Соньки. – Кирилла зовем?

− Ты что? – засмеялся Савелий. – Чтоб Кир пропустил литературу?

Хмыкнул. Кирилл, единственный из нашей троицы, кто любит читать. Можно сказать, он не расстается с книжкой. И это при том, что считается одним из самых отпетых хулиганов в школе. Наряду со мной, конечно. Савелий самый приличный из нас. Во всяком случае, так говорят учителя. На самом деле, он просто умеет притворяться, делать виноватое лицо и не спорить со старшими.

− Так и знала, что уроки прогуляете и примчитесь, − заворчала Катя, когда мы нарисовались в «Мелодии».

− Сама виновата. Могла ведь позже позвонить.

− Чтобы ты потом меня живьем съел?

Такие пикировки между братом и сестрой были обычным делом.

Я и Савелий вместе с самого детского сада. Кир присоединился к нам уже в школе. И к концу десятого класса наша дружба также крепка, как и в начальной школе. Дома, на моем письменном столе, две фотографии в рамках. На одной, трое малолеток первоклассников в синих пиджаках обнимают друг друга за плечи. На другой, те же парни, только уже подросшие и в обычных футболках. Эта, вторая фотография, сделана пару месяцев назад на футбольном стадионе. Мы ярые болельщики питерского «Зенита». На обоих снимках нас несложно опознать. Худощавый и хорошенький, словно девчонка, блондин Кирилл, высокий Савелий, с настолько смуглой кожей и черными непослушными кудрями, что его иногда принимают за иностранца и я, коренастый шатен с взъерошенной прической.

− Что скажете? – спрашивает Катя после того, как мы уже с полчаса зависаем у стены, на которой развешаны новенькие гитары.

− Я бы не отказался вот от этой, − горят глаза у Савелия при виде полуакустической четырехструнной бас-гитары.

− Она же светлая. Не практичная, – удивляется Катя.

– Гитара из светлой древесины обычно звучит ярче темной, − просвещает сестру Савелий.

– Ром, ну а ты? – смотрит на меня Катерина.

− Предпочитаю те, что со струнами потолще. Но сегодня таких не привезли.

Мы еще какое-то время изучаем гитары, мечтая, когда же наконец сможем позволить себе купить одну из них.

− У меня обед. Могу поделиться супом, − предложила Катя.

− А на второе что? – прищурился Савелий.

− Даже не думай! Гуляш съем сама. Мама каждому по порции сделала. Топай домой и там ешь.

− Суп тоже сойдет, − подмигнул я другу.

Мы направились в подсобное помещение, где уже не раз бывали, и где была обустроена небольшая кухня для сотрудников магазина. Катя отошла к микроволновой печи, разогреть принесенную из дома еду. Воспользовавшись тем, что она не смотрит, залезли с Савелием в холодильник и взяли для себя два чужих контейнера.

− Картошка с котлетами, − похвастался друг.

− Макароны по-флотски, − снял я бледно-розовую крышку с пластиковой тары.

− Что это вы делаете?! – возмутилась девчонка.

Брат с сестрой совсем не похожи внешне. Мне иногда казалось, что, кто-то один из них, либо миниатюрная двадцатилетняя Катя с коротко-стриженным ежиком каштановых волос, либо Савелий, подкидыш в семье Скворцовых.

− Не верещи. А то на твои крики прибежит кто-нибудь, поймает нас с поличным, − поморщился друг.

− Это же воровство! – не успокаивалась его сеструха.

− Кать, − вступил я в их перепалку, − мы два здоровых парня, у нас молодой растущий организм, который требует еды. Никто и не узнает, что это мы съели. А на тебя не подумают. Вон ты какая стройная, сразу видно, за фигурой следишь и лишние котлеты есть точно не будешь.

Я заметил, что с некоторых пор, сестра Савелия стала флиртовать со мной. И сейчас, сверлил ее самым проникновенным взглядом.

− Черт с вами, − махнула она рукой, − только ешьте быстрее.

− Ром, надеюсь, ты не собираешься с Катюхой мутить? – обеспокоился Скворец, когда мы уже убрались из «Мелодии» и спешили на занятия в музыкалку.

− Не волнуйся. Твоя сестра для меня табу.

Музыкалкой все называли местную музыкальную школу, где я, Савелий и Кирилл обучаемся с пятого класса. Наверное, именно благодаря ей, мы не стали совсем уж безнадежной городской шпаной.

В конце четвертого класса в нашу школу пожаловала комиссия из музыкалки, и в актовом зале устроили прослушивание, как пояснили ученикам, для выявления талантов. Нам было пофиг. Все лучше, чем слушать очередной скучный урок.