Опыты литературной инженерии. Книга 1

Провинциальная газета не живет, а выживает. Если случайно и встречается что-то, достойное печати, то крайне редко. Криминальная хроника однообразна, как зубная боль: Иванов украл у Петровой курицу, которую затем пропил; водитель Сидоров обругал постового милиционера «КРС» – «крупным рогатым скотом», за что был привлечен к административной ответственности; на турбазе «Горные вершины» туристы отравились некачественным пловом, идет расследование.

Производственная тема убога по определению. Сельское хозяйство, особенно животноводство, не вызывает у читателя приятных эмоций. Театральные будни хмуры. Международные события, содранные с телетайпа, уже читаны со страниц центральных газет. Что же остается? Остаются публикации недреманных внештатных корреспондентов, которые точно знают расценки за строку, в зависимости от того, на какой полосе печатают их материал.

Один такой рукописец по имени Веня прочно прикипел к разделу «туризм и живая природа». В прошлом году с его легкой руки читатели узнали о случайной находке на свежей пашне позеленевшего черепа динозавра. Через неделю, правда, выяснилось, что динозавр при жизни был простой лошадью. Но это не охладило Веню, а, наоборот, вдохновило на новые открытия и творческий взлет. Он засылал в редакцию вымышленные письма «от групп туристов», которые своими глазами (8 пар глаз!) видели на плато Бермамыт снежного человека. Снежный человек, как и ожидалось, на поверку оказался местным чабаном. Потом совсем другие «туристы» сообщили, что на снегу, под скалами, в верховье реки Теберды, обнаружились следы давно выбитого на Кавказе снежного барса. Проверять этот удивительный факт никто не стал, так как неделю подряд не прекращались жуткие снегопады. Леопард так и остался на совести «туристов».

Когда изумленные читатели узнали из газеты, что на высокогорных пастбищах регулярно похищает овец огромный хищный змей, телефоны редакции раскалились добела. Народ-то, по наивности своей, до сего часа был убежден, что змей действует с наглым размахом вовсе не один и имеет как биологическая особь минимум две ноги. Редакции пришлось вносить коррективы в последующие материалы о прожорливом монстре.

Однако газета худо-бедно раскупалась. И привычно шла по подписке, имея вкладку с телевизионной программой на предстоящую неделю и раздел бесплатных объявлений.

Веня также привычно получал гонорары в кассе редакции, слыл газетным благодетелем и любимцем главного редактора. Ответственный секретарь, по распоряжению «сверху», в каждом номере оставлял местечко на четвертой полосе для опусов Вени, которые тот шлепал, как блины. Природа, как известно, на выдумки неистощима. И хорошо, что Веня специализировался именно на природе. В самой далекой перспективе за подвал четвертой полосы провинциальной газеты можно было не беспокоиться. Пока Веня жив.

Одно раздражало Веню: гонорары с четвертой полосы были самыми скромными. Приходилось брать если не уменьем, так числом, то есть количеством строк.

Очередной шедевр Веня сотворил, описав чудеса открытой им и его знакомыми пацанами пещеры, в районе станицы Исправной. Читатели тряслись от ужаса над сообщением о кошмарных лабиринтах и бездонных колодцах; изумлялись сладкоречивости Вени, когда он повествовал о гигантских залах, подземных красотах и чудесах, и недоумевали: как такие крупные объекты умудрялись скрываться от человеческих глаз на протяжении целых тысячелетий и при этом располагались во вполне обитаемой зоне.

Войдя в раж, Веня не поскупился и на статистику: пещера «по Вене» имела протяженность более девятисот метров. Залы в ней достигали сорока метров в поперечнике, а подземную реку невозможно было преодолеть из-за смертоносного течения. Пещера описывалась Веней столь красочно, что молва о ней докатилась до самой столицы. Удержаться от посещения такого природного феномена было совершенно невозможно. И одно из авторитетнейших центральных издательств занялось снаряжением экспедиции.

Вынужден напомнить, что динозавра (Dinosaurus) обратил в лошадь (Equuscaballuscaballus) раздраженный эксперт ставропольского краеведческого музея. Опознал чабана (Homopastoralis) в снежном человеке (Yeti) усталый от текучки участковый оперуполномоченный. Про леопарда вы уже все знаете. А история со змеем сошла Вене с рук потому, что задерганный ответственный секретарь редакции вовремя не распознал крайнего скудоумия в материале, подписанном им в печать. Ответсекретарю, конечно же, досталось на орехи!