Опустошитель

опустошитель

проза

#16

УДК 821.161.1

ББК 84(2Рос=Рус)6-44

Д18

Серия проза (#16)

Д18 Нежность к мертвым : [роман] / Данишевский Илья. –

М. : Опустошитель, 2015. – 392 c. –

(Серия "Проза" (#16). – ISBN 978-5-25001-823-4.

...Дамы обсуждают Сенеку, а еще шестую эклогу, бракосочета-

ние со смертью на чердаке, девичник среди пыльных полок,

Варфоломей ползает на четвереньках вокруг, очерчивая кровью

сансару вокруг их сложенных в лотос ног, кто-то подзывает его

к себе, он ластится, но дамы не гладят мертвую челюсть, мерт-

вую кожу, оголенный собачьи ляжки.

...Молчаливая сестра – Железная Дева Марселя Пруста –

начинает «шевелиться». Ее бронзовая юбка прерывает тишину,

язык копошится внутри ее тела, начинает судорожно облизы-

вать «губы», Молчаливая сестра поднимает крик, она хочет

накричаться вдоволь перед последней ночью, даже ей ясно, что

скоро всему этому придет конец.

В оформлении обложки использована работа Santiago Caruso.

ISBN 978-5-25001-823-4

Илья Данишевский, 2014

Антон Кораблев, вступительная статья, 2014

Опустошитель, 2015

Илья Данишевский

Нежность к мертвым

(роман)

Опустошитель

2015

Антон Кораблев

Инъекция нежности

«У нас говорят не о новой книге, а о суете вокруг нее.

Или обязательно хотят взять интервью у автора.

Но если я уже написал книгу, то с какой стати

мне о ней что-то дополнительно рассказывать?»

– Умберто Эко.

Когда Илья Данишевский предложил мне написать введе-

ние к его книге, признаться честно, я охуел – никогда прежде

этого делать мне не доводилось. К тому же, одна из задач всту-

пительного слова – помочь читателю пробраться сквозь тем-

ный лес эпитетов и образов, сузив интерпретацию текста, что,

по моему скромному мнению, отдает высокомерностью колони-

затора. Помогать слабым я не привык.

Вступление – это своего рода камертон, чистой воды ма-

нипуляция, призванная настроить читательские струны в соот-

ветствие с нужной тональностью и удовлетворить потребность

в переживании коллективных эмоций (типа закадрового смеха

в кино, указывающего, когда нужно смеяться). Оно якобы

должно сообщать, зачем автор так усердно распинал себя на

этих страницах, вводить в проблематику и убеждать, что по-

траченное время будет того стоить. Но будем честны, даже

комментарий автора к собственному произведению – это все-

гда не более чем мнение одного из читателей. В конечном ито-

ге, книгу пишет не автор, а дух времени, который дает импульс

к действию, лбом сталкивая стили и идеи, а автор – это только

механизм, «проводник» слов. Он вообще не обязан ничего го-

ворить и понимать, он даже не обязан объяснять, почему он

молчит. Потому что само произведение – и есть лучший адво-

кат. Оно не нуждается в комментариях, ибо говорит само за

себя и общается напрямую с культурным багажом реципиента.

Один и тот же текст может быть прожит много раз, и каж-

дый раз по-новому – и в этом заключена его магия. Чтобы

читать – одних глаз недостаточно. Каждый из вас увидит в

книге то, что способен увидеть. А литературные премии вкупе

с тем, что говорят критики – все это абсолютно не имеет ни-

какого значения, по-настоящему важно только одно – какое

впечатление текст производит именно на вас.

Как секс сегодня отделен от деторождения, так и покупка

книг никак не связана с чтением. Только наивные люди пола-

гают, что книги покупаются для того, чтобы их читать. И эту

ситуацию в числе прочих чихвостит Данишевский, осуждая

«знаковую» конструкцию наших с вами современников, кото-

рые стараются перещеголять друг друга необычным вкусом

(как правило, в отсутствие финансовых возможностей для

традиционной конкуренции) и, в конце концов, становятся

частью массовой культуры среди «дас зайна» и силиконовых

губ. И тем не менее, читатель прочтет книгу с гораздо большим

удовольствием, если будет знать, кто ее автор: негр или белый,

холерик или сангвиник, женатый или холостяк. Так вот Илья

Данишевский – это редкий экземпляр, который выпрыгнул на

сцену из ниоткуда, как черт из табакерки. Доподлинно о нем

известно немногое: издатель, эпилептик, аскет, психиатр чело-

веческих душ и просто милый человек, что даже странно. Се-

годня благодаря его стараниям мы имеем возможность читать

Луи-Фердинанда Селина в переводе Маруси Климовой и

«Песни Мальдорора» Лотреамона. Без двух минут «герой на-

шего времени». И вот перед вами сборник текстов «Нежность к

мертвым» – бессмертный подарок, который Данишевский за-

вещает человечеству (и это не мания величия – великие люди

ею не страдают). В нем – все: и хорошо модерируемое безумие

загробного Диснейлэнда, и карнавал печали в кровавом кегель-

бане, и политическая бомбардировка Дрездена.

Карл Густав Юнг писал о коллективном бессознательном и

архетипах, Данишевский тоже пишет об архетипах – архетипах

таракана. Осмысляет, где сегодня проходят границы человече-

ского, и танцует на несбывшихся мечтах – в том числе своих.