Оправданная гордость

Предисловие.

Пытаясь переключить свое сознание, Роман перевел кран в душевой кабине на холодную воду. Но ледяная струя всего лишь заставила почувствовать его легкий физический дискомфорт, оставив душевную боль на своем прежнем месте. Минута, и его здоровое сильное тело привыкло к такой температуре. Несмотря на то, что он уже три часа как вышел из больнице, в которой провел целых две недели, ее мерзкий аромат стоял у него в носу. Ему казалось, что все его тело пропиталось этим запахом лекарств, человеческой боли, горя, отчаяния и липкого страха. От этого он еще сильнее тер щеткой свою кожу, смывая с себя тяжелый запах чужой боли и горьких медикаментов. Он думал о том, что прошла целая вечность пока он находился там, рядом со своей женой, которая умирала прямо на его глазах. Рак головного мозга забирал у него любимую женщину. Стремительная болезнь превращала ее из самой красивой девушки, которую он когда-либо видел в высохшее чучело, искажённое от боли. Надежды на выздоровление уже не было, но он всеми силами отгонял от себя даже мысль о предположении, что ее не станет. Он не думал о том, как будет говорить детям: «Ваша мама не вернется». О том, как будет один воспитывать двоих детей. Все эти мысли он гнал от себя как назойливую муху, которая иногда пробиралась в его сознание.

Родители жены все это время по очереди оставались с детьми. Роман же, после того как ее из реанимации перевели в обычную палату, не оставлял ее ни на минуту. В этот день Ксения впала в кому, обезумевшая от горя мать отказывалась покидать больницу, и тесть отправил его домой к детям, оставшись вместе с женой в больнице. Роме и самому находиться там уже было просто невыносимо.

Он вышел из душа. Привычная домашняя атмосфера их шикарной квартиры, так со вкусом обставленной женой, на мгновение дала ощущение покоя. Но это ложное чувство умиротворения испарилось до конца, когда он вошел в свою комнату. В безмятежном спокойствие ее вещи оставались на своих местах. На туалетном столике – тюбике кремов, духи, какие-то украшения дожидались своей хозяйки, которой навряд-ли суждено будет вернуться. В квартире стояла тишина, дети уже давно спали. А он не знал, как заставить себя уснуть на кровати, еще хранившей ее запах. В памяти всплыл их первый за долгое время и уже последний откровенный разговор. В этой комнате всего несколько дней назад они высказали друг другу все то, о чем каждый молчал много лет. Разговор, открывший всю правду на их недопонимание, слово в слово он прокрутил в своей голове. И осознание того, как слишком поздно они это сделали, заставило страдать его еще сильнее. Он злился на нее, на ее по-детски глупую гордость – «Зачем она так долго носила в себе эти обиды?». Он злился на себя, что не смог ее понять- «Как я, зная ее столько лет, не догадался, что на самом деле творилось у нее в душе?»

Периодически Роман в страхе смотрел на свой телефон, боясь того, что тот зазвонит. Ближе к рассвету он понял, что ему навряд ли удастся уснуть. Он вышел в гостиную. Фиолетово- розовый оттенок рассвета, начинающий пробираться в комнату сквозь тюль, говорил о том, что он пережил еще одну ночь. На диване он увидел коробку и вспомнил как ему ее выдали в больнице.

– «Здесь вещи вашей жены» – пряча свой сочувствующий взгляд передала ему медсестра платного отделения, которая почти все это время была с ними.

Он открыл ее. Сверху лежал Ксюшин ноутбук, под ним были ее вещи, в которых он привез ее в больницу в тот злополучный день. Роман вспомнил как Ксюша попросила прочитать ее дневник, который она вела последнее время в этом ноутбуке. И даже заставила записать пароль от него на листочке.

«Где же этот листочек?» -просмотрев все свои карманы, он перевернул коробку с вещами и все места, где он мог оказаться. Роман метался по квартире, отчаянно пытаясь вспомнить куда положил тот клочок бумаги. Прокрутив в голове день, когда Ксения рассказала ему о дневнике он вспомнил, что в тот момент с ним рядом был ее отец. Звонить тестю в такое время было неловко, но огромное желание услышать ее мысли, точнее прочитать их, было куда сильнее. К тому же он должен был узнать нет ли изменений в ее состоянии.

– «Алло. Рома, ты чего так рано? Я бы тебе позвонил если, что. С детьми все хорошо?» – немного сонный голос тестя был явно встревожен его звонком.

– «Игорь Владимирович, с детьми все в порядке. Как Ксюша?»

– «Все так же. Никаких изменений»

– «Я не мог уснуть и вспомнил о Ксюшином дневнике. Помните она говорила мне о нем четыре дня назад? Вы были рядом тогда»

– «Да, Рома, ты еще листочек тогда с паролем от ее ноутбука мне дал. Он должен быть у меня. Сейчас посмотрю» – тесть немного замешкался – «Да, он здесь» – облегченно выдохнул он, понимая, что это очень важно для Романа.

– «Вы не могли бы мне его продиктовать?»

Дневник: