Опозоренная принцесса

Осматриваясь в бальном зале дворца, Рози Мэттьюз подумала, что праздник, посвященный коронации нового правителя Каратии, удался на славу.

Куда бы она ни взглянула, везде были цветы, выделяющиеся яркими пятнами на фоне бело-золотых стен. Мужчины в смокингах были воплощением респектабельности, женщины в нарядах от-кутюр выглядели так ослепительно, что бальный зал походил на подиум во время показа мод. В свете позолоченных канделябров драгоценные камни в тиарах, ожерельях и серьгах красиво переливались.

Все присутствующие женщины были высокими и элегантными, включая ту, что стояла рядом с ней, — Хани Крисандер-Гиллан, герцогиню Вамили, невестку только что коронованного великого князя Герда. Тиара в ее темных волосах была инкрустирована огненными бриллиантами из Мораца, ее родной страны.

— Я тебе завидую, — весело сказала ей Рози. — Этот первый бал в честь коронации, который я посетила, и, возможно, он останется единственным. Чтобы как следует все рассмотреть, мне нужно забраться на стул. Я никогда не видела столько драгоценностей и шикарных нарядов. — Она вздохнула. — Я чувствую себя пресловутой бедной родственницей.

Хани рассмеялась:

— Не прибедняйся. Ты отлично выглядишь и прекрасно это знаешь. Тебе невероятно повезло, что ты нашла платье того же золотисто-коричневого оттенка, что и твои волосы.

Рози посмотрела на свой наряд:

— Да, мне повезло, что в моем доме есть магазин винтажной одежды. Это платье ношеное, но не скажешь, что ему десять лет.

— Какая разница, сколько ему лет? Это классика. К тому же платье очень тебе идет.

С этим Рози не могла поспорить. Платье подчеркивало достоинства ее фигуры, а туфли на высоком каблуке, на которые она потратила почти все свои сбережения, придавали ей несколько дополнительных сантиметров роста.

— Не помню, чтобы ты раньше сомневалась в собственной привлекательности. Это на тебя не похоже. В чем дело?

— Не в сомнениях в себе, а в осознании того, что стоимость украшений на большинстве присутствующих женщин превышает бюджет некоторых стран, — ответила Рози.

Она солгала. Причина ее нервозности состояла в том, что Герд Крисандер-Гиллан, правитель Каратии, танцует перед ней с женщиной, которую все прочат ему в невесты. Принцесса Серина стройна как тростинка и очень красива. Ее блестящие темные волосы уложены в элегантную высокую прическу — отличный фон для фамильной тиары с бриллиантами.

— И в том, что каждая вторая из них выше меня по меньшей мере сантиметров на десять. — Рози задорно улыбнулась Хани. — Как бы там ни было, у небольшого роста тоже есть свои преимущества. Можно оставаться незаметной в толпе. К тому же Герд и не ждал, что его дальняя родственница придет в роскошном наряде.

Тем более что эта родственница только что окончила университет и никак не может найти работу.

Подняв свой маленький округлый подбородок, она начала искать взглядом среди танцующих мужчину, который пригласил ее в эту богатую маленькую страну на свою коронацию. В тот момент, когда Рози увидела красивое лицо Герда, он улыбался своей партнерше. Затем он повернул голову и стал осматривать толпу.

Покраснев, Рози опустила глаза. Разумеется, Герд ищет не ее. Он просто хочет убедиться, что все идет по плану. У него всегда есть план, и он четко ему следует, не обращая внимания на обстоятельства.

У нее защемило сердце. Она так надеялась, что тоненькая ниточка надежды, за которую она цеплялась все эти годы, оборвется, когда она увидит его с утонченной принцессой Сериной, которая так ему подходит. Но, напротив, приехав в Каратию и снова его увидев, она обнаружила, что огонь страсти не погас.

«Как он мог погаснуть, когда не был зажжен?» — усмехнулась она про себя. Да, три года назад они с Гердом провели волшебное лето на другом конце земного шара.

Хотя они знали друг друга всю свою жизнь, за те жаркие недели многое изменилось. Но даже в восемнадцать лет Рози была осторожной. Герд был почти на двенадцать лет старше ее и гораздо опытнее. Печальная история отношений ее матери с мужчинами повлияла на Рози. Хотя у нее кружилась голова от возбуждения всякий раз, когда Герд ей улыбался, она прятала это за маской веселости, которая стала ее защитой от внешнего мира.

Однако, пока они купались, плавали на яхте, катались на лошадях и разговаривали обо всем на свете, ее детская привязанность к Герду постепенно переросла в более глубокое чувство. Но она не позволяла себе ни на что надеяться до того момента, пока он ее не поцеловал. Это произошло накануне его отъезда.