Операция – Жизнь. Сборник

ПОСЛАНЦЫ

       В старые добрые времена всем зверям в лесу жилось хорошо – без больших тревог и забот. Хозяйничал в то время покладистый и сговорчивый старичок дед Мороз, которого все звали Красный Нос. Иногда, устав от безделья, он принимался красить носики зверей в свой любимый красный цвет. Посмотрят зверюшки друг на друга и хохочут на весь лес, глядя на забавные мордашки. Любил дедушка так пошутить, хоть и был слаб.

Но не всем нравился тщедушный Красный Нос, кое-кто желал прихода и деда Синего Носа, а кто даже и Белого Носа.

Жил в этом глухом дремучем лесу крутой предприниматель заяц, по имени Борис Косимович. Держал он большую фабрику по пошиву рукавичек и катанию валенок. Расположилась она в самой глухомани, подальше от глаз человека, от рэкетира зубастого Волка и налоговой инспекции в лице кумушки Лисы. В прошлые годы-то его фабрика, ой, как процветала. Рукавички и валенки с лесной фабрики шли нарасхват. Денег у Бориса Косимовича было несметное количество. В личном банке сейфы и хранилища были полным-полно набиты деньгами и даже золотыми монетами.

Прошли годы, и спрос на изделия лесной фабрики стал резко падать. В пору объявлять банкротство всей фабрики В природе случился непонятный для лесных жителей сбой. Изменился климат. Стало так тепло, что Красный Нос вообще не появлялся в лесу, отсиживаясь в своей Лапландии. Ткачихи-зайчихи вместо того, чтобы изготавливать рукавички да валенки, сидят себе, лясы точат, кумушек перебирают, да осуждают, не забывают вспомнить и директора, склоняя его по всем падежам. А кто-то из них на картах ворожит, гадает: быть теплу или холоду, ахают, охают, вздыхают. Дела на фабрике становились всё хуже и хуже… Никак дела не идут на лад. Даже лесная фея-колдунья из роды мартышек Верунька принимала участие в спасении. Разожгла большой костёр на полянке и давай плясать вокруг него, что-то бормоча с поднятыми вверх руками. Но и это не подействовало на силы Природы. Не нашла она общего языка с силами Севера. Всё оставалось по-прежнему – не приходил в лес Мороз. Приуныла Верунька:

– Что делать? Придётся возвращать Косимычу аванс, раз дело не получилось. А так жаль! С тоской поглядела в синее небо и, увидев летящих журавлей, стала просить их передать деду Морозу послание, чтобы тот поскорее приходил. Но шло время, а Мороза снова не было. Видать, не услыхал он в крике журавлином мольбы и просьбы южан. А может, и отправил своего посланца, но тот не добрался, ослаб и сник в пути.

– Придётся гонца на Север посылать, – решил Борис Косимович, – по-другому не получается, но кого отправить? Путь долгий и нелёгкий, – задумался он и решил отравить верного друга, выручавшего не раз его из беды, быстрого оленя Олега. Позвал он трубача Хомяка, у которого были большие щёки и велел дуть ему в трубу-зовун, ведь Хомяк был музыкантом лесного оркестра, и у него это здорово получалось. Красавец-олень с большими ветвистыми рогами поспешил на зов трубы и вышел из леса.

– Чего хотел, Косимович? – спросил он хозяина фабрики.

-Выручай, Олег. На Север надо идти, звать в наши края деда Мороза. Видишь сам, жара стоит невыносимая.

– Не простое это дело. Далеко надо идти. Боюсь, не хватит сил.

– Хватит, дорогой, хватит. А если у тебя получится, станешь у меня работать. Должность дам – директор по внешним связям. Так ты согласен?

– Конечно. Да и самому давно уж хочется увидеть настоящую зиму в наших краях.

. Закрепили на рогах Олега свиток с посланием и отправили в долгий путь на Север.

Но не всем хотелось, чтобы холода пришли в их края. Жил не тужил в лесу волк по кличке Щелкун. Подслушал он разговор Косимовича с Олегом и его, как только он представил себе глубокие снега да вьюжные ветры в лесу, затрясло. Шерсть-то у него стала слабенькой, поизносилась за ненадобностью. И он задумал помешать Олегу. Основательно снарядился лесной разбойник Щелкун, не зря его побаивалась местная, крутая братва. Повесил на себя два ружья, а к поясу приторочил патронташ с боеприпасами.

Мчится олень день, ночь. Лишь иногда приостановится на минутку, сверяет свой путь на Север по деревьям. Этому его родители научили ещё в детстве, поэтому он не плутал в лесу. Щелкун пытается не отставать. Но ему тяжело, редко приходилось делать такие марш-броски. Он часто глотает воздух широко открытой пастью и ругается, на чём свет стоит:

– И когда ты устанешь, Олежка? Ну, погоди, доберусь до тебя.

На следующий день олень устал и решил передохнуть. Выбрал место стоянки. Но не среди густого леса и чащобы, а на небольшой лесной поляне, где можно полежать и пощипать вкусной травки. Щелкун притаился на опушке и взяв в руку ружьё, принялся шарить другой по поясу, где висел патронташ с патронами. Но, к его великому горю и большой досаде, их там не оказалось. Даже не заметил, как растерял, до того был увлечён погоней.

– Патронов нет, хоть ружьём напугаю, – решил Щелкун и, положив лапу под голову, попытался уснуть, отгоняя хвостом назойливых мух и комаров.