Операция "Луна"

Огни Святого Эльма плясали на ограждении, отделяя Твердыню от ночи. Земля чернее неба. Звезды ярко горели, мерцал Млечный Путь. Вчера было полнолуние, круглая луна выплыла с востока, затмевая собой звезды. На землю легли длинные бледные тени. На севере вырисовался призрачно-серый пик Тэйлор.

Мы с Джинни огляделись. В центре гигантской пентаграммы разливалось свечение, лучи прожекторов сошлись на космическом корабле, который бросался в глаза даже с такого расстояния. Мое сердце затрепетало от этого грандиозного зрелища.

Где-то в самом нутре зародилось странное чувство. Чем ближе мы подлетали, тем сильнее била меня дрожь. Уже не в первый раз. Такое бывало и прежде, правда, реже и слабее, всего лишь смутное беспокойство, которое может возникнуть у любого безо всякого основания. Вы ведь не станете хвататься за амулет, творить охранные знаки или прикидывать, не подбирается ли к вам ведьма или волколак. Вы спишете это на расшалившиеся нервы. Пожмете плечами и забудете. Вы люди ученые, чуждые суеверий и темных предрассудков. Не так ли?

То, что взволновало меня, было слишком смутным, чтобы называться предчувствием, но тем не менее это не было простое урчание в животе. Уж разницу я успел выучить. Подозрительно все это. Я повертел головой. Все, что я увидел на фоне звезд, были огоньки таких же припозднившихся метел. Я втянул в себя воздух. Даже в человеческом обличье мой нюх острее, чем у обычных людей. Воздух был свежим и прохладным. В Нью-Мехико температура к ночи быстро падает. Я уловил легкий запах озона, какой бывает после успешного колдовства, но в пределах нормы, тем более для сегодняшней ночи.

Постой-постой… что-то почти неуловимо чуждое, потустороннее, чему я не мог бы подобрать названия. Если бы я сейчас обернулся волком, то мог бы сказать точнее.

Я посмотрел на Джинни. Мы собирались лететь только вдвоем и взяли ее „Ягуара“ вместо семейного „Форда“. Теперь ветер дул нам в лицо, раздувая парусом юбку, которую Джинни выбрала для праздника. Ткань плотно облепила хвост метлы и длинные стройные ноги моей жены. Блузка подчеркивала великолепную фигуру, которая и в сорок два года смотрелась не хуже, чем в день нашей первой встречи.

Я перевел глаза на лицо Джинни. В лунном свете ее аристократические черты казались вырезанными из слоновой кости. Луна выбелила волосы, разметавшиеся по плечам. Слева на груди ледяным огнем пылала серебряная сова — эмблема ее ордена. И я заметил, что, помимо привычной бдительности, в ней вдруг вспыхнула какая-то настороженность.

Ветер свистел за нашими спинами, но мой голос прозвучал громко:

— Ты тоже чуешь какой-то поганый запах?

Она кивнула. Ее контральто зазвенело металлом.

— Я бы назвала его жутким. Или…

Остального я не понял. Будучи лицензированной ведьмой, Джинни знала множество экзотических наречий. По-моему, это был зунийский.

— Баланс Сил нарушился. Койот вышел на охоту.

— И только ждет удобного часа?

— Конечно. Как всегда.

— Ну ладно.

Я не бравировал. Трикстер — опасный враг и коварный друг. В самом начале он устроил в Твердыне настоящий бардак. Один раз опытная модель летающего крыла растаяла прямо в воздухе. В другой раз, когда в воздух поднялась еще более дорогая экспериментальная модель ковра-самолета, на него набросились полчища моли и прожрали до дыр.

Но, как я выяснил, до смертоубийства дело не дошло — Национальная Астральная Транспортная Организация заинтересовалась данным случаем и обратилась к местным индейцам. Те ответили, что Койот объявил эти места своим ленным владением. И он-де терпеть не может, когда кто-то нарушает границы его земель, не говоря уже о том, что кто-то выделывал фигуры высшего пилотажа лучше, чем он сам. Их шаманы, кстати, тоже не были в восторге от всего происходившего.

Потом глава НАТО побеседовал в Вашингтоне с президентом Ламбертом. После бразильского кризиса Ламберт принялся загребать жар чужими руками — это носило гордое название „Проект „Селена“. Тогда, в Рио-де-Жанейро, он бесстрашно заявил бразильцам, что он-де один из них. Да не просто так заявил, а на испанском: „Yo soy un carioca!“ Естественно, если все его юго-западные силы здесь кормятся! И на заседании Конгресса Ламберт встал на рога и так пошел, после чего индейцы сорвали такой куш, который им и не снился, а священники призвали всех известных богов и идолов, чтобы встать грудью за Твердыню…

Я собрался с мыслями. Может, Койота потревожили магические выбросы? Семь или восемь лет назад такое уже было. Моя семья жила здесь только два года.

— И не только его, — уточнила Джинни, — хотя, по-моему, он… разрезвился сверх меры, насколько я успела узнать о подобных штуках. Что-то здесь нечисто.