Опасные партнёры

КРИСТИНА

Совещание в кабинете директора продолжается уже третий час, все вымотались. Босс внимательно слушает выступающего сотрудника, а я наблюдаю за ним и пытаюсь ответить на вопрос, над которым бьюсь уже целую неделю.

Там, в клубе… Это был он?

Не знаю!

У директора светло-зелёные глаза, резко очерченные скулы и твёрдый подбородок. Что и говорить, он настоящий красавчик.

А какого цвета были глаза у того незнакомца? Тоже светлые. Но оттенка я не запомнила. Что можно разобрать в полумраке бара, полыхании разноцветных огней, пульсации лазера, мельтешении полос светомузыки? Да ничего.

Похож ли голос? Тоже не понятно. В клубе грохотала музыка, тяжёлые басы выколачивали дух из груди… Я помню, как смешивалось наше дыхание, слова нам были не нужны.

А у нового начальника бархатистый сексуальный баритон, от которого девяносто процентов женщин немедленно ощутят дрожание в коленях и неконтролируемое желание изогнуться в пояснице и стянуть трусики. Ни одна, конечно, не сделает ничего подобного – приличия, мораль, манеры. Однако сердце замрёт у каждой.

Так, идём дальше… Волосы. И у того, и у другого они густые, тёмные. Но у моего случайного клубного партнёра грива была длинная, верхняя её часть стянута в хвост на затылке, остальное рассыпалось по плечам. А у директора короткая стрижка, чёлка не прячет красивый гладкий лоб, чья высота подразумевает наличие хорошо развитых извилин головного мозга.

Но долго ли подстричься?

Слегка тронутое загаром, лицо Богдана Романовича непроницаемо. Пиджак от шикарного костюма висит на спинке кресла, рукава белоснежной рубашки закатаны, открывая широкие запястья и мощные предплечья в переплетении тугих жил. Я мысленно охнула, наблюдая, как перед совещанием босс закатывал рукава. Уверена, все женщины в этом кабинете ощутили тот же холодок вдоль позвоночника.

Смотрю на эти красивые сильные руки и пытаюсь понять, они ли сжимали меня неделю назад в темноте клуба. Не понимаю.

Всю неделю я балансировала между да и нет. Иногда ловила на себе внимательный взгляд директора и даже видела в нём насмешку. И тогда всё моё существо кричало: да, это он! Но через мгновение лицо Одинцова снова становилось непроницаемым и ледяным, и я опять понимала, что ошиблась.

Да, чудесно я оторвалась в клубе. Вот не хотела же туда идти! Интуиция подсказывала, что ничего хорошего из этого не выйдет. Пафосный мажорский клуб «Небо» – это вовсе не то место, где тусуются мамочки-одиночки, у которых главная задача – как в конце месяца свести концы с концами.

Но нет же, я туда попёрлась! И вот целую неделю горю в аду.

…Задав пару уточняющих вопросов начальнику отдела продаж, Богдан Романович берёт свой смартфон и начинает то ли набирать смс, то ли делает какие-то заметки.

Через мгновение мой телефон, который я положила на стол рядом с бумагами, беззвучно моргает. Вижу, что прилетело сообщение с неизвестного номера. Открыть и прочитать, конечно, боюсь – нам запретили пользоваться гаджетами во время совещания.

Но любопытство пересиливает, и я, не меняя позы, не шелохнувшись, осторожно скольжу пальцем по экрану и открываю смс. Там всего одна фраза, но от неё меня перетряхивает с головы до ног, а краска приливает к щекам:

«В Небе было жарко»

*****

Медленно поднимаю глаза на босса, ожидая наткнуться на его насмешливый взгляд, однако он вовсе на меня не смотрит, а продолжает что-то печатать в своём смартфоне.

Значит, смс не от него? Совпадение?

Меня уже колотит, пальцы дрожат. Начальник отдела продаж заканчивает речь, а Богдан Романович кивает:

– Хорошо. Время послушать наших маркетологов. Кристина Михайловна, вместо того, чтобы прямо во время совещания переписываться с подружками, лучше отложите телефон и идите сюда.

Вздрогнув, я нервно собираю бумаги и поднимаюсь с кресла. Должна рассказать присутствующим о стратегии развития гостиничного комплекса «Меркурий». Мы будем строить его здесь, на Черноморском побережье, с привлечением испанских инвесторов.

Постукивая высокими каблуками, иду к экрану. Полученное сообщение и замечание босса меня деморализовали, ноги подкашиваются, не грохнуться бы прямо у всех на виду. Но стресс подстёгивает, как хлыст, и гонит вперёд. Сейчас я соберусь.

Начинаю доклад. Волнующий зелёный взгляд директора окутывает меня прохладной морской волной, задерживается на мгновение на моём бюсте, туго обтянутом белой блузкой, а потом спускается к бёдрам и ниже. Обжигает щиколотки. Да, у меня очень узкая юбка и очень высокие шпильки. Но юбка не треснет, а шпильки не сломаются, и не надо сверлить меня взглядом!

Я продолжаю отчитываться, босс продолжает пристально смотреть. Вдруг возникает стойкое ощущение, что сейчас Одинцов слышит не цифры и выкладки, а мои громкие стоны. Они безудержно рвались из груди, когда я содрогалась под ударами молодого страстного тела – там, в клубе.

Но кто в тот момент был со мной? Мой босс?

Боже, вот я вляпалась в историю!