Онлайн

– Валерия, сегодня ваша бабушка чувствовала себя лучше. Эти новые препараты творят чудеса!

Я не могла поднять глаза на Зинаиду Степановну. Глядела на высохшие кусты азалии за окном и на трещины на фасаде дома для престарелых. Ведь прекрасно знаю, что Зинаида скажет дальше.

Знаю и боюсь услышать.

– Ей становится только лучше от тех лекарств, которые мы сейчас применяем.

– Сколько? – прошептала я. – Сколько нужно заплатить, чтобы вы продолжили давать ей эти препараты?

Зинаида Степановна назвала сумму.

Эхо полупустого кабинета безжалостно повторило неподъемную цифру. Даже для студентки с очень хорошей подработкой.

– Я достану, – не моргнув глазом ответила я.

Хотя мне и придется похоронить мечту о том, чтобы завязать со своей высокооплачиваемой профессией.

Зинаида Степановна обошла стол и коснулась моей руки так же, как еще полчаса назад гладила узловатые и сухие, как прошлогодняя листва, ладони моей бабушки. И заговорила она со мной так же, как с седой восьмидесятилетней женщиной, которая каждый день на протяжении последних трех лет видит ее как впервые.

– Лерочка, это очень большие деньги. Я помню, что ты учишься в университете. Ты еще и работаешь?

Никогда. Никогда я не скажу ей правду о том, какая работа позволяет мне оплачивать лечение бабушки. А соврать вслух не смогу. Зинаида меня тут же раскусит.

Силы нашлись только на то, чтобы кивнуть.

– Жаль, – протянула она, – а то у меня было к тебе предложение…

– Какое? – встрепенулась я. – Могу ведь и уйти со своей работы, если ваша хорошо оплачивается.

Правда не знаю, какая приличная работа может приносить столько денег, как моя. Можно попробовать совместить, если зарплата будет хорошая. Днем-то времени у меня полно.

Зинаида не знает, но я давно в академическом отпуске. Главное бабушку поднять на ноги.

– Наша больница сейчас участвует в тендере на реконструкцию фасада, – сказала Зинаида Степановна. – На днях приезжал один директор, осматривал участок. И каждые пять минут у него звонил мобильный телефон. Он чертыхался и матерился, как сапожник, хотя с виду не скажешь, очень приличный мужчина в хорошем костюме. И машина дорогая. Так вот, у него секретарша уволилась, и он никак не может найти себе новую. Не думаю, что твой звонок будут неуместен. Особенно, если ты уточнишь у него про работу.

Я не верила своим ушам. И глазам заодно, когда Зинаида протянула мне белую визитку с вензелями.

– Вы сделали это для меня?

– Конечно. Я повидала многие семьи на своем веку, Валерия, и много раз люди куда обеспеченнее тебя оставляли здесь своих родственников и через месяц-два забывали сюда дорогу. А ты готова на все ради бабушки, но в одиночку ты это лечение не вытянешь. Директор был у нас вчера. Если тебе повезет, то он еще никого не успел нанять. Звони скорее.

Медлить не стала.

Сразу как выскочила из кабинета, вбила дрожащими пальцами номер.

– Алло? – ответил женский голос.

Настроение упало ниже плинтуса.

– Мне бы… – промямлила я.

– Чего?! – рявкнула девица. – Говорите громче!

Орать в коридоре было идеей не лучшей, так что я стремглав понеслась на выход, одновременно с этим прочитав с визитки:

– Мне бы… Максима Соловьева!

Хлопнула дверью, деревянной и тяжелой, как в церкви, в которую мы ходили с бабушкой, и выбежала во двор.

– Вас не слышно! – проорала девица мне в ответ.

Да что ж такое…

– Максима Соловьева! – заорала я тоже, на всякий случай отбежав как можно дальше к усыпанным желтыми листьями деревьям.

– КОГО?!

– А ну отдайте трубку! – проворчал мужской голос на заднем фоне. – Я даже отсюда ее слышу, а вы, что ли, нет?

– Чего?!

Мужчина ругнулся себе под нос и тихо сказал в трубку:

– Алло. Вы меня слышите?

– Прекрасно! – обрадовалась я. – Я звоню по поводу вакансии секретаря, если вы еще не…

– Еще не, – оборвал он меня. – Давайте проверим кое-что. Я буду говорить цифры шепотом, а вы, если сможете их расслышать, повторять. Идет?

Ничего себе собеседование, подумала я.

– Идет.

– Семь тринадцать тридцать восемь, – сказал он жарким шепотом.

Я повторила.

– Тридцать шесть шестнадцать двадцать пять, – сказал он еще тише. – Услышали?

– Ага.

– А теперь перезвоните. Это мой личный, – сказал он и нажал «отбой».

Черт возьми!

Семь тринадцать двадцать восемь? Нет. Так, еще раз. Соберись, Лера.

Я расслабилась и повторила цифры на память, вбивая их в телефоне, не задумываясь и без промедления.

Пошли гудки. Ну же. Пусть я не ошиблась номером.

– Алло? – спросил мужской голос.

Тот же. Ура!

– Это снова я. По поводу должности секретаря.

– Отлично. Тесты на слух и скорость восприятия, память и находчивость пройдены. Должность не занята, поскольку в агентстве меня явно не поняли, когда я просил отличную телефонистку. Не думал, что нужно будет уточнять, что она должна быть не только красивой, но еще и не глухой.

– Что?! – раздалось на заднем фоне.

– Вы свободны! – заорал Соловьев, и следом оглушительно хлопнула дверь.

Из-за внезапной тишины я решила, что звонок сорвался, но тут собеседник спросил с тяжелым вздохом:

– Когда вы можете приехать на собеседование?

– Прямо сейчас!

– Диктую адрес.