Олёнка. Часть 2. Любовь и самоизоляция

Антон узнает о том, что он неизлечимо болен. В клинике он знакомится с двумя медсестрами и пытается соблазнить каждую из них. После неудачи он идет к проститутке, а затем в бассейн. Там он понимает, что болен не смертельно, а возможно, и вовсе не болен. Чтобы разобраться со своими психическими и физиологическими недугами Антон знакомится с психологом, чье имя напоминает ему о девушке, которую он когда-то любил. Психолог предлагает Антону провести ночь на озере в кампании душевно травмированных женщин. Антон отказывается и решает найти себе нового психолога. Ей становится привлекательная блондинка про имени Светлана. Она обещает избавить Антона от депрессии, вылечить неврозы и снять венец безбрачия решить его финансовые проблемы. Вдохновленный перспективой жить долго и счастливо, Антон принимается за занятия. Психологу не удалось добиться результата к условленному сроку, но Антона это уже не смущает, поскольку он влюбился в Светлану. Затем следует довольно короткий, но яркий период в жизни Антона, когда он ходит на свидания с разными женщинами в надежде вступить с ними во внебрачную связь. Упомянутые женщины по большей части отказывают нашему герою, за исключением двух. Первая, Соня, встречается с Антоном несколько раз, прежде чем понимает, что роль любовницы ей не подходит. Антон говорит, что готов развестись, но она отвечает отказом. Соня бросает Антона. Другая, Ольга, встречается с Антоном несколько раз, затем тоже бросает. Антон бросает Светлану. Всемирная организация здравоохранения объявляет о начале пандемии коронавируса. С полок магазинов исчезает гречка и туалетная бумага. Коты бросают всё на свете и будят Наташу.

Я смотрел на Ольгу, а она смотрела на меня. Как когда-то. На фото была платиновая блондинка, только, в отличие от снимка, который я разглядывал в декабре, на ней не было тёмных очков. И смотрела она не куда-то вдаль. А прямо на меня. Смотрела и улыбалась. Так ласково, так нежно, что у меня сжалось сердце.

– Я пока не могу, – проговорил я, обращаясь к фотографии. – Не могу пожелать тебе быть счастливой. Потому что не желаю тебе иного счастья, кроме как со мной.

Женщина на фото молчала и продолжала улыбаться. Она навсегда осталась в том жарком июльском дне. В том прекрасном дне, когда я плакал, прижимая её к себе, а она сказала, что любит меня. В первый и в последний раз.

– Я пока не могу, – повторил я. Закрыл фото. И проскользнул в прошлое, позволив счастью и боли смешаться в моей голове, а слезам капать на поверхность стола, пока я стучу пальцами по клавиатуре, стараясь вспомнить все, и плохое, и хорошее…