Окно в Полночь

«Ночь чернеет впереди,

Свет гаси и приходи…»

(«Сплин»)

Под моими ногами тихо шуршала вековая пыль подземелий. По мрачным катакомбам, потерянный в пространстве и времени, я упрямо шел вперед — наугад, в неизвестность, стиснув зубы, преодолевая смертельную усталость, стирая в кровь ноги. Шел, решительно отбрасывая ненужные мысли и резко обрывая робкие вопросы внутреннего голоса, шепчущего «куда?», «зачем?». Усталость порой добавляла обреченное «Заблудился…», но — нет. Я не мог заблудиться. Я не умею теряться. Я всегда знаю, куда держу путь. Я всегда знаю, куда выведет меня выбранная тропа судьбы. Я ни разу не ошибся. Я никогда не ошибаюсь.

Коридор, пыльный и угрюмый, казался бесконечным как сама Полночь. Прародительница-тьма с каждым новым шагом отрезала дорогу назад, неохотно пропуская вперед. И после каждого поворота коридора я останавливался и писал на пыльных стенах то, что чувствовал. Это мой дар — превращать чувства и эмоции в слова, а слова — в реальность. И они открывали для меня двери в другие миры, становились ступеньками новой лестницы, которую я сейчас строил — чтобы выйти туда, где меня ждали.

По теплому полу прошуршал, поднимая туман пыли, сквозняк. Я остановился, жадно втянув носом воздух, и закашлялся. Проклятая пыль… Но сквозняк — это надежда: я уже близко. И дверь приоткрыта. Я улыбнулся. Прибавил шагу, сбросив с плеч оковы усталости. Прищурившись, отогнал от себя тени Полуночи, заставив их испуганно вжаться в грубую кладку стен. Иты, моя путеводная нить, здесь, уже совсем рядом, так близко — только руку протяни, только не устань, только не споткнись о нелепую случайность.

Вдали забрезжили лучи света. Я не ошибся. Явственнее потянуло ветром — свежим, морозно-сырым, разгоняющим затхлость подземелья. Да, именно туда я направляюсь — туда, где живет одна из моих теней. В холодный зимний мир, полный неожиданностей, интересный и притягательный. Однажды ты помог мне выжить в меняющемся мире. А теперь я хочу поведать тебе историю. И встретиться лицом к лицу. Чтобы выжить.

Завернув за угол, я невольно зажмурился и отвернулся. Яркий свет больно резанул по глазам. Предсказуемо, но так непривычно… Я никогда не видел света, мир вечной Полночи изредка балует своих детей только мерцанием звезд и лун. Лишь единожды робкий рассветный луч на мгновение озарил мой мир, и именно тогда я убедился в правильности выбора. Наша жизнь, наш путь — в наших руках. Наберись смелости и брось вызов судьбе. И пусть подавится.

Отступив, я вновь спрятался за угол. Из глаз по щекам текла кровь. Невозможно привыкнуть к явлению, о котором знаешь лишь понаслышке… Стерев кровь, я одной рукой оперся о стену, а второй написал на пыльной стене последнее:

И, летописцем наречен,

В свой омут памяти — до дна…

…И лишь в ладонях вещий сон

Трепещет. И полна луна.

Не открывая глаз, я вытянул руку и решительно шагнул вперед. Несколько нетвердых шагов — и пальцы скользнули по льду зеркала. И ты… здесь. Уже очень близко. Уже рядом. Я осторожно провел рукой по скользкой поверхности, смахивая с нее густые хлопья пыли. И зеркало дрогнуло. Дрогнуло, потеплев и став вязким, словно кисель. И знакомый образ вспыхнул перед внутренним взором: серебристый круг расплывается и отображает мою искаженную фигуру, закутанную в серый плащ.

Я вздохнул, собираясь с мыслями. Время уходить — время возвращаться… А дорогу осилит идущий. Жидкая пустота зеркала откликнулась эхом зовущего голоса, и где-то вдали часы пробили полночь. Я улыбнулся. Полночь. Полночь стирает грани межмирья, открывает окна и указывает на нужные двери. И старинный ржавый ключ с тихим скрипом поворачивается в замочной скважине. Ключ… За моей спиной шевельнулись чужие крылья, плеча коснулись костлявые лапы. Все также же, как и в прошлый раз. И мне пора.

— До встречи, — тихо сказал я самому себе. — Как встретились, так и разошлись, а как разойдемся — так и снова свидимся. Только дождись. Время за нас.

На бледное лицо, отраженное в зеркале, наползла тень, в которой нереально, невозможно ярко вспыхнули жгучей сиренью раскосые глаза. Я небрежно сбросил с плеч плащ, и зеркало расплылось по стене. Костлявые лапы уперлись в стену, и раздался тихий щелчок отпираемого замка.

За спиной заворочались тени, и прощальным эхом вслед:

…И лишь в ладонях вещий сон

Трепещет. И полна луна…

«Здесь минуты исчезают в пыльном облаке дорожном,

О заветном вспоминают осторожно-осторожно,

Не поранься, не убейся, не ищи в беде спасенья,

Верь, живи, люби, надейся, доверяя ощущеньям»

(«Коридор»)