Охотница (ЛП)

КОРОЛЕВСКИЕ ИСПЫТАНИЯ: ОХОТНИЦА

ТЕЙТ ДЖЕЙМС

ГЛАВНАЯ РОЛЬ ЛИСИЦЫ — ГЛАВА ПЕРВАЯ

Феликсу.

Это было дико, но я бы не хотела, чтобы было по-другому.

1 не знаю, как долго я лежала там и кричала, пока кровь медленно заливала мое обнаженное тело. Все, что я знаю, это то, что никто не пришел на помощь.

Не тогда, когда мой голос надломился.

Не тогда, когда мои запястья начали кровоточить.

И не тогда, когда сердце Зана перестало биться на моей груди.

Я почувствовала это, когда это произошло. Оно становилось все медленнее и медленнее, пока я отчаянно пыталась освободиться, привести в чувства Зана, позвать на помощь. А потом… ничего. Оно просто исчезло, и его тело неподвижно и тяжело лежало поверх моего.

Именно это внезапное, выворачивающее наизнанку отсутствие ритма заставило что-то во мне просто… сломаться.

Первобытный крик вырвался из моего горла, и жар затопил меня, обжигая все жарче и жарче, пока я не была уверена, что моя кожа, должно быть, покрылась волдырями и расплавилась на костях. Как раз в тот момент, когда я подумала, что больше не выдержу, что мое сердце, должно быть, вот-вот присоединится к сердцу Зана в гробовой тишине, конвульсия сотрясла мое тело.

Когда приступ закончился и мое зрение прояснилось от звезд, жар прошел. Так же произошло и с моими наручниками, не оставив после себя ничего, кроме кровавых ран и горстки пепла.

— Зан! — Я всхлипнула, мои онемевшие руки взлетели к его лицу, когда я отчаянно молилась, чтобы я ошибалась, чтобы его сердце не остановилось. Что он не был мертв.

Так осторожно, как только могла, я перевернула его на бок, затем сорвала повязку с глаз до конца. Однако это не изменило ужасающую сцену передо мной. Обнаженная грудь Зана была покрыта коркой засыхающей крови, а его лицо представляло собой темно-красное месиво. Кровь текла из его глаз, носа… даже ушей. Сможет ли кто-нибудь пережить это?

— Этого не может быть, — прошептала я в ужасе. Это результат нарушения клятвы? Так должно было быть. Это было единственным логическим обьяснением этого безумия. Принцы королевской крови маскировались под наставников «слуг» все это время сохраняя в секрете свои истинные личности. Учитывая последствия того, что принц Александр раскрыл свое лицо, это могло быть только нарушенной клятвой.

Какая больная и извращенная магия нанесла такой урон?

— Святой Зрин, ты проклятый идиот, — выругалась я, глядя на безжизненное тело Зана, поглаживая его окровавленное лицо. Мои слезы давно высохли, и я погрузилась в странное спокойствие, которое, как я знала, было шоком.

Даже после смерти он был красивым ублюдком. Зан, мой наставник по этикету и политике. Принц Александр. Один и тот же.

С запозданием мой мозг предпринял следующие логические шаги относительно того, что, должно быть, означала его тайная личность.

— Эти лживые ублюдки, — прорычала я, слезая с кровати с твердым намерением выследить Ли и Тая и поджарить их на открытом огне. Поправка, я имела в виду принца Луи и принца Тибо.

Но едва мои босые ноги коснулись ковра, как я рухнула.

Зан был мертв.

Их брат был мертв.

И это была моя вина…

Потрясенный вздох эхом разнесся по комнате, и я вскинула голову. — Саген, — прохрипела я, встретив полный ужаса взгляд черноволосой принцессы. Я все еще была на полу, мои руки и колени едва удерживали меня от полного обморока, но при виде нее я заставила себя подняться. Мне нужно было прикрыть лицо Зана. Даже несмотря на то, что он был мертв, мне нужно было спрятать его лицо, не так ли?

— Что, во имя всех богов, произошло? — воскликнула она приглушенным голосом, проходя дальше в комнату и быстро закрывая за собой дверь.

Ее широко раскрытые глаза осматривали сцену, ничего не упуская. Смятая постель, безжизненный принц и, наконец, мое обнаженное тело, покрытое драгоценной кровью Зана. Было слишком поздно чтолибо предпринимать. Слишком поздно маскировать его.

Мои губы приоткрылись, чтобы объяснить, но с них не сорвалось ни звука. Как я вообще могла это объяснить?

Не дожидаясь ответа, Саген поспешила через комнату. Ее тяжелая юбка прошелестела по полу, когда она оттолкнула меня в сторону и склонилась над телом Зана.

Подожди. Почему она не удивилась? Какого черта?

— Он не умер, — заявила она через мгновение, и я снова упала. На этот раз на колени, когда я вцепилась в покрывало и попыталась визуально подтвердить ее утверждение.

Но она ошибалась, я знала, что она ошибалась.

— Его сердце перестало биться, — сказала я ей хриплым шепотом после всех моих криков. — Я почувствовала это. Я почувствовала, что оно остановилось.

Саген повернулась ко мне со снисходительным выражением лица.

— Ну, очевидно, что из тебя получился бы дерьмовый целитель, потому что его сердце бьется просто отлично. Вот, потрогай. — Она схватила мою руку и положила ее сбоку на шею Зана, прижимая мои пальцы к его пульсу.

Яйца Святого Зрина. У него был пульс.

Он не был сильным, но он был здесь, и это было ясно как день.