Охота на тень

Camilla Grebe

SKUGGJÄGAREN (THE SHADOW HUNTER)

© Camilla Grebe, 2019

© Николаева М., перевод, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2022

Способны ли слова унимать боль и исцелять?

Возможно ли облечь в слова непостижимое? Чтобы взглянуть со стороны, понять, и даже однажды оставить позади? Словно место, где провёл много времени, но после долгих раздумий всё же решил покинуть?

Если я стану складывать слова в предложения и мне удастся вдохнуть искру жизни в свой рассказ — вывезет ли меня этот плот из кромешной тьмы?

Я буду стараться.

Вот мой рассказ, мой спасательный плот. Вначале я расскажу об Элси Свеннс.

Она, если хотите, первая героиня этой книги. А ещё — первая жертва. Очевидно, Элси не подозревала об этом в 1944 году, поздним февральским вечером, сидя на корточках перед маленьким мальчиком в полицейском участке Клары.

Мальчишка, не больше пяти лет от роду, был одет в рванину, и вшей у него было полно. В давно немытых волосах они просто кишели.

— Где живет твоя тётя? — сделала очередную попытку Элси.

Мальчишка не издавал ни звука. Он упрямо сжал губы и глядел вниз, на свои стоптанные башмаки.

Мать мальчонки, Шальная Сара, спала пьяным сном в женской предвариловке, а отца у него и вовсе не было, насколько было известно Элси и констеблям, доставившим Сару в участок на улице Самюэльсгатан менее часа назад.

Двое мужчин в гражданском вошли в узкий коридор, который вел в казарму к неженатым полицейским. Одного из них Элси смутно припоминала. Ходили слухи, что он из Службы. Там борются с угрозами государственной безопасности. Только о таком вслух не говорят, даже в полицейском участке.

Позади себя мужчины оставили едва уловимый запах сигаретного дыма. Мальчишка вдруг зашаркал ногами по полу, и Элси тяжело вздохнула. Она уже всё перепробовала — прямо ужом перед ним вилась. Налила теплого молока, даже не пожалела для него кусок марципана, который констебли добыли поутру в кондитерской лавке на Дроттнингсгатан. Всё без толку.

Глядя на этого малыша, Элси задумалась о той семье, какая могла бы быть у неё.

У Элси был жених, Аксель. Он был родом с севера — огромный, как медведь. И сердце у него было золотое.

Четыре года назад перевернулся и затонул паром, который должен был переправить два взвода солдат Боденского инженерного полка через озеро Армашерви в Турнедален. Вода была ледяной, а солдаты — в полной амуниции. У Акселя не было ни единого шанса, таким он был большим и тяжелым.

А спустя всего месяц после его гибели Элси поняла, что ждет ребенка. Слишком поздно было что-то предпринимать по этому поводу. В любом случае Элси не хотела обращаться в подпольный абортарий — велик был риск истечь кровью на полу в каком-нибудь подвале.

Следующей весной Элси без лишнего шума родила дочь. Среди её знакомых нашлась женатая пара — Вальдемар и Хильма — которые согласились позаботиться о малышке Бритт-Мари, по крайней мере, до тех пор, пока Элси не встанет на ноги. «Встать на ноги» на практике должно было означать замужество. Но у Элси больше не было жениха, так что, оставляя свою крошку вместе с нехитрым приданым — помолвочным кольцом, которое ей подарил Аксель — на попечение Хильмы и Вальдемара, Элси знала, что, вероятно, никогда не сможет забрать Бритт-Мари.

С тех пор не проходило и дня, чтобы Элси не тосковала по Акселю и Бритт-Мари, по семье, иметь которую ей не позволила судьба. Но Элси сумела сделать шаг вперед. Жизнь продолжалась, ибо именно этим жизнь и занимается. Элси неплохо устроила свой быт, уехав далеко от шведской деревушки Корсхольм в финском Эстерботтене, где она родилась.

Теперь Элси служила полицейской сестрой в Кларе и снимала комнату у одной вдовушки в новом многоквартирном доме на улице Корсбэрсвеген у таможни Рослагстулль. В этом доме были собраны все современные блага, включая ванну и электрическую плиту, которая включалась, когда скормишь ей жетон. Здесь всё было иначе, совсем не так, как в ночлежке на Вальхаллавеген, где прежде обитала вдова со своими тремя детьми.[1][2]

Каждый день Элси ездила на трамвае от Восточного вокзала до площади Норрмальмсторьет, а затем короткой тропой бежала в полицейский участок на улице Самюэльсгатан.

Очень достойная жизнь.

Неизмеримо лучше, чем была у её матери или бабушки. Непросто было осознать, что теперь женщины могли делать практически всё то же самое, что и мужчины, — работать, голосовать, самостоятельно заботиться о себе и жить независимо. И даже служить в полицейском участке — в самом сердце мужского мироздания.