Охранная грамота

На протяжении тысячелетий образовательный процесс следовал за государством. И только сейчас начинает перегонять его, выходя из-под контроля. Но теперь у образования другая задача – оно должно успеть за человеком

Премудрый писец В дописьменных эгалитарных обществах набор навыков был невелик; их просто передавали от старших членов общины к младшим, а результатом обучения было обретение статуса взрослого человека после символической инициации. Возникшие в результате земледельческой революции аграрные государства обзавелись сословным делением. Сбор и распределение ресурсов на значительной территории потребовали специального аппарата и системы учета. Подавляющее большинство записей на глиняных табличках, дошедших до нас со времен месопотамских цивилизаций, представляют собой бухгалтерские либо юридические документы. В стратифицированном обществе образование стало привилегией; в писцы отдавали сыновей богатых и влиятельных людей, которые потом строили карьеру в, как бы сейчас выразились, семейном бизнесе или в качестве государственных или храмовых административных работников. Лучшие ученики могли в перспективе стать жрецами. Преимущества учебы были очевидны: избавление от физического труда и государственное обеспечение. «Сделайся писцом! Он освобожден от повинностей, он охранен ото всяких работ, он удален от мотыги и кирки… Ты не будешь под многими господами, под многочисленными начальниками. Из всех дел и обязанностей писец первый», – говорится в одном из древнеегипетских поучений (как видим, бюрократия уже начинала осознавать свое значение). В другом поучении сказано: «Если писец имеет какую-либо должность в столице, то не будет он нищим… нет писца, который не кормится от вещей дома царя». Со временем элитарность образования размывалась. Социальные перемены выводили на арену новых представителей элиты из низов. В Древнем Египте уже в эпоху Среднего царства (ок. 2055 – ок. 1650 гг. до н.э.) в школу могли попасть и отпрыски незнатных фамилий. В Древнем Китае образование – тоже в результате трансформаций – в итоге оказалось нацелено на подготовку чиновников. Венцом его стали трехступенчатые экзамены на право занимать госдолжности. Дело того стоило, ведь выдержавший экзамен даже на первую степень, дававшую право стать максимум секретарем, на малой родине становился очень уважаемым человеком лишь потому, что олицетворял государство. Престиж образования был огромен: «Кто трудится разумом – управляет, а кто работает физически – управляется другими», – поучал философ Мэн-цзы. Чиновники более высокого ранга получали небольшую зарплату, но весьма широкие полномочия и фактически могли собирать ренту с крестьян на свое усмотрение. Поэтому знатные кланы или землячества не жалели инвестиций в школы – они с лихвой окупались. Сдавать экзамены можно было всю жизнь – в 70 лет хроническим неудачникам первый ранг давался уже «по выслуге лет». Чиновники сформировали целое сословие «шэньши» – «ученых мужей», которое хоть и не стояло на верхушке иерархии, было влиятельным. В эпоху Воюющих царств стали появляться академии. Например, одной из самых первых и известнейших стала академия Цзи-ся в княжестве Ци (IV век до н.э.). Многие исследователи считают, что именно тогда государство впервые в истории утвердило покровительство науке одной из своих обязательных функций. Такие заведения уже давали возможность заниматься лишь «обсуждениями и толкованиями», получая стипендию и формальное звание при дворе.