Ох, Люба, Любонька, Любовь моя!

Первая любовь

Люба росла тихим, нелюдимым подростком. Не любила шумные компании и частые посиделки родителей с гостями. Сторонилась дворовых разборок и шумных игр детей. И в отличие от старшего брата Сережи, совсем не любила школу. Училась Любочка из рук вон плохо, мама постоянно ругала дочь за плохие отметки и ставила в пример старшего брата, который успевал везде: и в учебе, и в спорте, и во дворе. У Сережи была своя компания, «банда», как они сами себя назвали. «Банда» любила ходить в походы в лес. У них были свои «места», «обжитые» сторожки и землянки в лесу. Люба тоже просилась с ними в поход, и иногда Сережа жалел сестренку, брал с собой. Но чаще отмахивался от нее и жаловался матери.

– Мам, Любка мне уроки мешает делать! – кричал Сережа матери на кухню, когда Люба тихонько проходила мимо него в комнату.

– Любка, я тебе сейчас покажу! – доносился грозный голос матери с кухни.

Девочка, поджав губы, бежала к себе, чтобы не отхватить от мамы, попутно показывая кулак старшему брату. «Ну и вредина он, – думала она про себя. – Я ведь даже не трогала его. Наверное, все из-за похода, ищет предлог, чтобы не взять меня с собой».

Люба стеснялась своего тела, так как была полненькой, «плюшечкой», как ее называл любя отец. Отец у них был строгий, но Любку обожал. Только он и защищал ее перед Сережкой. Мать же всегда была на стране брата. «Любимчик, – думала Люба, ревнуя брата к матери. – Не то, что я».

Придя к себе в комнату, Люба стала рассыпать спички из коробка нагибаться, чтобы собрать каждую. Огромный коробок 110 спичек, Люба знала точное количество, ведь она собирала их не впервые и пересчитывала каждый раз. Если хоть одна закатится и Люба ее не найдет, то влетит ей от матери.

– Опять дурью маешься? – сказала мать, зайдя в комнату и застав дочь за сбором спичек. – Пошла бы лучше полы, что ли, помыла, и то полезнее. – Мать не верила, что за этим нехитрым упражнением можно похудеть. Да и проблемы в полноте не видела. «Кому надо, и так полюбит», – говорила она дочери. Да и Люба сама не видела проблемы в своих округлых бедрах, пока не влюбилась.

Первой любовью Любы был Олег. Одноклассник и лучший друг Сережи. Олег часто бывал у них в гостях, и именно из-за него Люба и стала проситься в походы. Но Олег был из тех парней, вокруг которых всегда толпой ходили девочки. Красивый, высокий, разговорчивый, он всегда знал, что сказать и сделать, чтобы девочки млели. Люба знала, что Олегу нравятся худенькие, ей как-то Сережа проболтался, когда они обсуждали с ним его девушек. У Сережки тоже было полно воздыхательниц, он ведь на гитаре умел играть. Но Люба находила общий язык со всеми его пассиями и, втиравшись в доверие, просила их уговорить брата брать ее с собой в походы. И если Любе брат всегда сразу же отказывал, то, попросив его об этом же очередная девушка, он иногда и соглашался. А Люба и рада, все поближе к Олегу. Хоть одним глазком полюбоваться на него помечать, что когда-нибудь он ее заметит…

И однажды это случилось…Люба только похоронила отца, который так неожиданно ушел в 45 лет, она была безутешна, ведь отец был ее защитником и опорой. Именно тогда она очень сильно похудела, девушка сама не знала, от спичек или от стресса. Она заканчивала девятый класс и собиралась поступать в училище, брат уже заканчивал учиться на сварщика, и его скоро должны были забрать в армию. Поминки, 40 дней, собрались близкие родственники и друзья отца, пришел и Олег. Люба помогала матери на кухне, и пока та встречала и провожала гостей, тихо мыла накопившуюся посуду в раковине.

– Привет, красавица! Трудишься? – Олег подкрался сзади к Любе и обнял ее. Девушка от неожиданности подпрыгнула, и поняв, кто это, покраснела от смущения.

– Ой – отозвалась она. – Привет. А Сережка с бабушкой там, на стол носят компот и кисель… – Люба так растерялась, что не знала, что и сказать.

– А я не к нему, я к тебе пришел, – сказал загадочно парень.

У Любы от услышанного соскользнула тарелка из рук и с шумом, упав на пол, разбилась.

– Что там у тебя происходит? – услышала она строгий голос матери из коридора.

– Тарелку разбила, – ответила Люба, заранее зная, что мать будет злиться, зажала уши руками.

– Ах ты растяпа криворукая! – ругала ее мать, не стыдясь гостей.

Олег молча вышел из кухни и вернулся с веником и совком в руках.

– Я помогу, – сказал парень, и не успела Люба опомниться, уже собрал все осколки с пола в мусор. – Это к счастью, – приободрил он ее, потрепав по голове.

Люба пожала плечами, не зная, как реагировать на его поведение.

– Слушай, давай я тебе посуду помогу помыть? – предложил парень Любе.

– Не надо, мама ругать будет, что я тебя заставила, – сказала нервно девушка и стала озираться по сторонам, не идет ли мать на кухню отчитывать за разбитую тарелку.

– Ну ладно, – ответил парень и пожал плечами. – Слушай, а ты в прощальный поход идешь перед отъездом Сережки в армию?