Огонь в моей душе

– Леди Вероника, умоляю, спасите принцессу, – со слезами на глазах произнесла королева, прижимая к себе спящую маленькую девочку.

– Но, Ваше Величество, как же вы?.. – в шоке спросила первая фрейлина.

– Я не могу покинуть Фостиорию, для меня это невозможно. Я просто не выживу и часа после смерти мужа. Такова связь истинных: безграничное счастье и кара за него. Две стороны одной медали. И даже если бы было иначе, то меня могут выследить маги верные Цериасу. Не в их интересах оставлять в живых истинную наследницу трона Фостиорского королевства.

– Неужели у них поднимется рука на ребенка? – неверяще проговорила женщина.

– Бунтовщики уже убили всех младших братьев Захариуса. Думаете, они пожалеют маленькую пятилетнюю девочку? – стараясь говорить как можно более ровно, произнесла королева.

Молодая мать погладила по голове дочку и поцеловала в макушку. Слезы капали на нежно-розовое платье принцессы, но женщина не замечала этого. Она уже приняла самое сложное в своей жизни решение. Нужно спасти наследницу престола. Желательно отправить малышку как можно дальше от Фостиории, а еще лучше и вовсе подальше от Миоруса.

– Я приготовила для вас межмирный портальный камень, – продолжила королева. – Его хватит на один переход. К сожалению, вам придется вернуться домой. Извините, что забираю у вас возможность найти истинную любовь. Но ситуация резко изменилась. К тому же, сейчас и ваша жизнь под угрозой.

Фрейлина посмотрела на спящего ребенка. Она подумала о странности Судьбы, закинувшей когда-то Нику в новый мир. Неужели целью ее попаданства было спасение маленькой принцессы?

– Хорошо, Ваше Величество. Я сделаю, как вы просите, – согласилась, наконец, Вероника. Если так того хочет Судьба, то она выполнит ее волю.

Лиолика Фостиорская грустно улыбнулась. Настал момент прощаться с маленьким счастье, которое так долго ждали они с мужем. Она наполнила магией медальон на груди малышки, поцеловала ее в нежную щечку.

– Принимайте, принцессу, леди Вероника, – дрожащим голосом проговорила королева и подала спящую девочку фрейлине. – Думаю, у вас получится стать ей матерью. Вы и раньше находили общий язык с принцессой. Так что кому как не вам я могу доверить Ее Высочество?

Девушка осторожно взяла Катарину на руки. Возможно, девочка почувствовала предстоящую разлуку с матерью и зашевелилась во сне. Но королева направила на нее еще немного своей магии, и маленькая егоза вновь заснула.

– Я поставила ей блок на магические способности. Они проснутся, когда Катарине исполнится двадцать четыре года. Думаю, что тогда ее призовет Миорус. Только вернувшись в родной мир, Кэтти сможет стать настоящей магиней.

– Но у меня же нет магии. Я не смогу помочь девочке. Вдруг вы выбрали не ту женщину в качестве приемной матери Ее Высочества?

– Я все верно выбрала, леди Вероника. Только на Земле Цериас не может найти принцессу. А насчет магии, не переживайте, она сама проснется в Кэтти. И пусть Катарина никогда не снимает медальон. В нем моя магия, хоть так, но я буду помогать малышке.

– Хорошо. Я обязательно расскажу ей про вас, – заверила девушка, не зная, что у нее не получится сдержать данное слово.

– Капелька нашей родительской любви всегда будет с Кэтти…

Где-то вдалеке послышались крики, грохот ломающихся дверей, звуки магических выстрелов.

– Пора, – с тоской проговорила Лиолика Фостиорская, передавая фрейлине портальный камень. – Станьте мамой для моей малышки, – попросила она напоследок.

Выстрелы и грохот приближались. Нужно было спешить.

– Идите, леди Вероника! – воскликнула королева и сделала пару шагов от бывшей фрейлины, которая держала на руках спящую принцессу.

– Прощайте, Ваше Величество! – прокричала девушка, активируя портальный камень, нажатием руки.

Мгновение, и Вероника Григорьева скрылась в зареве портала.

Наследная принцесса Фостиории была спасена. А у королевства людей появилось надежда…

Сегодня мне исполнилось двадцать четыре года. Почему-то именно этого дня рождения я ждала больше, чем все предыдущие. Последние дни я чувствовала своеобразный отсчет времени. Мне казалось, что в этот день для меня должно все измениться.

Почему в двадцать четыре года? Я не знала ответа на этот вопрос. Просто внутренние часы показывали эту дату.

Проснулась я довольно рано и сейчас стояла на балконе, рассматривая предрассветный город, в котором выросла. Такие знакомые с детства улочки и дома.

– Катюша, ты уже встала? – услышала я голос тети. – С днем рождения, девочка.

– Спасибо, тетя Света, – поблагодарила я женщину, которая вырастила меня.

– Как жаль, что твоя мама не дожила до этого дня. Она всегда говорила, что значимой датой для тебя станет тот день, когда тебе исполнится двадцать четыре года.

Я с грустью улыбнулась и прикоснулась к медальону, висевшему на моей шее. Я его никогда не снимала, он был частью того мира, о котором я грезила.