Огненные цветы

События, послужившие основой этой книги, восстановлены по подробным дневниковым записям, которые я начиная с 1847 года вела изо дня в день, из недели в неделю, месяц за месяцем, и так в течение многих лет. Да и сейчас продолжаю вести – и не перестану до тех пор, пока Провидение не положит конец моим дням на этой земле.

Естественно, я позволяла себе кое-какие поэтические вольности – сокращала, а то и вовсе убирала куски, которые казались мне утомительными, ненужными и представляющими интерес лишь для меня самой. Равным образом я воспользовалась правом любого романиста так или иначе расцвечивать сохранившийся материал, чтобы вдохнуть жизнь в свое повествование.

В нем есть эпизоды и события, в которых я лично участия не принимала, и персонажи, с которыми я лично не знакома. В этой связи считаю своим долгом заверить читателя, что в таких случаях я предварительно самым тщательным образом опрашивала лиц, которым эти события и эти люди известны не понаслышке.

Хотелось бы также выразить искреннюю признательность и восхищение трем выдающимся женщинам, чей пример вдохновил меня на создание этой хроники:

Эмилии Бронте, Жорж Санд, Мэри Шелли.

(подписано) Равена Уайлдинг О’Нил 24 июня 1875 года

Равена Уайлдинг оказалась на своем первом балу в десятилетнем возрасте – честь, повергшая столь юную особу в трепетный ужас. Тем более что бал давали не где-нибудь, а во дворце, и пригласил ее не кто-нибудь, а лорд Чарлз Кларендон, вице-король Ирландии. Мать Равены, Ванесса, герцогиня Ольстерская, начала готовиться к событию за три месяца. Естественно, за нарядами она отправилась в Париж, этот всемирный центр моды, где купила себе и дочери одинаковые бальные платья из лионского шелка, украшенные искусственными цветами и отороченные белым кружевом и зеленой лентой.

У европейской аристократии XIX века вошло в моду одевать девочек, едва им исполнится пять лет, в точности на манер матерей, так что гардероб Равены ничем не отличался от гардероба самой герцогини.

– Знаешь, Роза, я и так ужасно неуклюжая, – жаловалась Равена, – а тут еще ноги как ватные. – Помяни мое слово, когда буду спускаться по лестнице в бальную залу, непременно споткнусь и упаду прямо под ноги вице-королю, и юбка окажется на голове.

Роза – бойкая блондинка с курносым носиком и лукавыми голубыми глазами. Отец устроил ее к Уайлдингам два года назад, когда ей исполнилось пятнадцать. В тот год урожай картофеля погиб от какой-то заразы. «Хотя бы есть станешь три раза в день, и крыша над головой будет», – говорил он, отправляя дочь на новое место. И словно напророчил. На следующий год и он, и мать Розы умерли от какой-то неизвестной болезни, вызванной продолжительным голоданием.

– Может быть, и так, – рассмеялась Роза, натягивая Равене через голову муслиновую юбку, – но даже в этом случае увидит-то он немного, а?

Равена улыбнулась и одернула подол.

– Это уж точно. Удивляюсь еще, как это мужчинам удается вытерпеть, пока их жены разденутся перед сном.

– Мисс Равена! – Служанка притворилась донельзя возмущенной. – Девушка в вашем возрасте не должна говорить такие вещи.

– А как насчет девушек в твоем возрасте, Роза? Думаешь, я не знаю, чем вы с Кевином занимались на прошлой неделе в сарае?

Роза вспыхнула и прижала руки к щекам.

– Нехорошо так говорить, мисс Равена. А ну как герцогиня услышит? Она ведь может подумать, что вы не шутите.

– А я и не шучу. – В глазах у Равены плясали огоньки. Она обожала такие игры. – Но можешь быть спокойна, дорогая, ябедничать я не собираюсь. – Равена опустила глаза и критически оглядела свою туго стянутую фигуру. – Я чувствую себя египетской мумией из лондонского музея.