Очер. Огненная Эра

«И произошла на небе война. Михаил и ангелы его воевали против дракона. И дракон и ангелы его воевали против них».

Откровение Иоанна Богослова. 12.7.

Перегнувшись через перила крыльца, я бросил взгляд на ночную деревню, которая настороженно просыпалась. Там отчаянно надрывались собаки, и начали мелькать огоньки фонарей.

Я не мог и не хотел сдерживать переполняющие меня чувства. Но во дворе дома мой восторг слегка поутих, когда я наткнулся на совершенно растерянного и ошалевшего Ивана, стоящего с видом испуганным и настороженным. Его колотила дрожь, и, разинув в изумлении рот, он то озирался на моих облачённых в сияющие перламутром доспехи друзей, то всматривался в зависший в полусотне метров аппарат Кена.

– Вот, друг мой Иван, опять я ухожу, – кивнул я соседу. – Уж и не знаю, вернусь или нет. Скорее нет, чем да. Поэтому прощаюсь и дарю тебе этот домик. Живи тут, Ваня, и домового не обижай. Зовут его Рам, и он добрый парень.

– Егор, Егор, – сосед сильно волновался, чуть подался вперёд и начал заикаться. – Егор, на коленях тебя молю, забери меня отсюда. Устал я, и земля устала от меня. Больно мне, Егорша, мочи нет. Забери меня.

– Да куда ж я тебя, Ваня, заберу? – вздохнул я.

– На небо, Егор, – всхлипнул Иван, – на небо.

– Нельзя, Ваня. Там идёт большая война. Там сейчас страшно. – Без притворства мне стало жалко мужика, и я не мог просто так ему отказать. И тогда я решил его мобилизовать: – Слушай, Иван внимательно. Отныне здесь будет наша база. Ты призываешься в армию Света, и я поручаю тебе возглавить эту базу. Когда там, – и я ткнул пальцем в небо, – станет нам трудно, мы вернёмся и должны знать, что здесь нас будет ждать место отдыха и убежище. Ты меня понял?

– Так точно, командир, – гаркнул Иван и его глаза вспыхнули азартом. – Сержант Петров готов приступить к исполнению своих обязанностей.

– Так значит по рукам? – вздохнул я с облегчением.

– По рукам, командир, – затараторил мужик. – Будь спокоен, не сомневайся, всё управлю, как надо. – И я впервые увидел, как его лицо расплылось в счастливой улыбке, а глаза полыхнули шальным блеском. Ну, что ж, пожалуй всё оборачивалось не так уж и плохо. Повернувшись к Отиле, я тихонько сказал:

– Позови Рама. – Он кивнул, и через минуту вышел на крыльцо, подталкивая нового домового. – А вот и твой подчинённый, – сказал я.

– Иван, подь сюды, – по-хозяйски скомандовал Отила. – Вот тебе друг и помощник. Это Рам, он домовой. А теперь ступайте в дом, знакомьтесь, и смотрите у меня, чтоб жили душа в душу.

Иван и Рам скрылись в дверях дома, а Отила отправился во флигель и принялся там греметь посудой и хлопать холодильником. Пока все члены экипажа разбрелись, осматривая мои скромные владения и следы пожарища вокруг, я мысленно связался с Кеном:

– «Привет, Кен, это Очер».

– «Мог бы и не представляться, – в его голосе слышалась усмешка. – Я тут давно наблюдаю, как их… эти ваши по телеку… а вот вспомнил, мелодрамы».

– «Не понял, – удивился я. – Откуда телек? Откуда такой интерес инопланетного существа к эфирным передачам в нашем захолустье галактики?».

– «Не буду врать, – признался Кен, – мы здесь на орбите уже пару ваших суток. Пока Элна с Тайром решали свои вопросы, я тут эфир прослушал и просмотрел и, главное, наведался виртуально в ваши кулинарные учреждения, как их… а, вот, рестораны, и изучил их… рецепты и меню».

– «И на… зачем?».

– «А надоело выслушивать ваши под… замечания, – запнулся Кен, – что стряпня моя хорошая, но не настоящая. То вам не то, и это не это. Зато теперь я закачал в память десять тысяч формул пищи и рецептов натуральной еды. И только попробуйте теперь возбухнуть… пардон, возмутиться».

Рядом рассмеялась Элна. Оказывается по параллельной связи все слышали наш «разговор». Отила подошёл поближе к девушке, чтобы через её доспех поговорить со своим лепшим другом.

– Кенушка, дорогой, – проворковал довольный Отила вкрадчивым голосом опытного хмыря, – ты ведь меня знаешь, я в долгу не останусь, вот только доберусь до тебя и всего зацелую за твои кулинарные потуги. Но всё равно я вот тут молочка и хлебушка приготовил тебе на пробу и для памяти. Образец, так сказать.

– Отила, вот скажи, откуда в тебе это бескультурье, – вздохнул я, – а ещё потомок древнейшего народа. Влез в чужой разговор, да, ещё с неприличными намёками насчёт поцеловать везде.

– Насчёт «везде» это я, конечно, погорячился, – хмыкнул домовой. – В плазменный реактор и в аннигилятор я точно целовать не стану, ибо жизнь у меня одна, задрипанная, но моя.

– Ну, до чего же ты, Отила, горазд трепаться. – Я укоризненно поцокал языком, потом обернулся, махнул рукой команде и крикнул: – Эгей, бойцы галактического фронта, подходим, не стесняемся, строимся и по коням!