Огненная буря (ЛП)

Перевод: Алла

Редактор: Eva_Ber

Обложка: Таня Медведева

Оформление: Eva_Ber

Пролог

Гвен

Я наблюдала за моей мирно спящей малышкой, положив ладонь ей на грудку, ее учащенное дыхание давало мне ощущение спокойствия. Я была почти уверена, что у меня самый красивый ребенок на планете. Ничего удивительного, учитывая, что мой муж — самый красивый мужчина на планете.

Хотя, если бы Кейд знал, что я называю его красивым, ему бы нашлось что сказать по этому поводу. Предложение, скорее всего, включало бы ненормативную лексику. Для меня мой грубый, крутой байкер был ни кем иным, как красавцем. Он сделал мою жизнь удивительной, вернул из темных мест и заставил чувствовать себя в безопасности и любимой. Не говоря уже о том, что дарил лучшие оргазмы в жизни.

Как тот, что я испытала час назад на кухонном столе…

Хлюпающий звук прервал мои воспоминания о сексе.

Я прищурилась и сосредоточилась на Белле — она все еще спала, но издавала странные звуки. Это нормально?

Черт, я не знала.

Может, у моего ребенка беспокойный сон, может, это хлюпанье — симптом какого-то неизвестного, опасного для жизни недуга. Почти задыхаясь, я схватилась за телефон.

Поскольку сегодня я уже дважды звонила маме, то не решилась снова ее беспокоить. К тому же, дома было два часа ночи. Я ей позвоню, если Белла не перестанет издавать такие звуки. Я сходила с ума. Мне не доводилось быть рядом с младенцами, пока одного из них не вытащили из меня сразу после того, как я застрелила человека.

Я не знала, какие звуки были нормальными, а какие нет. Я поднесла телефон к уху, нуждаясь в том, чтобы меня успокоили или, по крайней мере, отвлекли.

— Привет, это Эми. Напишите мне. Если я не отвечу, значит, не хочу с вами разговаривать.

— Зараза, — прошептала я.

Находясь в отчаянии, я решилась на рискованный звонок.

— Добрый день, резиденция Абрамс, — поприветствовал бодрый голос.

— Эм, привет, могу я, пожалуйста, поговорить с Эми? — тихо спросила я, не сводя пристального взгляда с дочери.

Последовала пауза.

— С мисс Абрамс? Могу я узнать, кто звонит?

— Гвен Александра… нет, подождите, Флетчер. В смысле, раньше у меня была фамилия Александра, потом я вышла замуж и сменила ее на Флетчер. Она новая, я к ней еще не привыкла, — пробормотала я, чувствуя, как меня одолевает последствия недосыпа.

— Минуту, пожалуйста.

Я расслабилась. Чуть-чуть.

Нахмурившись, я посмотрела на Беллу. Она больше не издавала никаких звуков, затихла. Полностью. Разве так должно быть? Я была почти уверена, что младенцы не могут быть такими тихими.

— Гвиневра?

Мое внимание снова переключилось на телефон. Эми никогда не называла меня полным именем, только моя семья и еще один человек.

— Миссис Абрамс? Извините за беспокойство, я ожидала Эми.

Я была уверена, что попросила горничную позвать Эми. Может, я этого не сделала. У меня в голове была каша. Выживание на кофе и оргазмах — не очень хороший план в долгосрочной перспективе, но вынужденная необходимость, когда у вас двухмесячная дочь и бог секса в качестве мужа.

— О, да, Вера мне передала, что ты ищешь Эми. Я хотела сообщить, что ее здесь нет. Я не видела ее несколько месяцев, — сообщил мне культурный голос.

Это потрясло меня до глубины души.

— Месяцев? — переспросила я. Это не могло быть правдой.

— Ничего странного, мы обе знаем, что Эми не слишком любит общаться со своей матерью, если ее не заставляют. На самом деле, она активно меняет номер телефона всякий раз, когда узнает, что он у меня есть, — голос Кэтрин сочился презрением.

Услышав это, я подавила смешок. Она говорила правду, Эми регулярно меняла номер, чтобы избежать разговоров с матерью. Или, по крайней мере, меняла раньше.

Теперь она пользовалась двумя разными телефонами, один — «безопасный», а второй, купленный ей специально, — для общения с семьей. И только в тех случаях, когда у нее не оставалось иного выбора. Их прохладные отношения с Кэтрин всегда огорчали меня, вот почему я была шокирована, когда Эми мне сказала, что останется дома.

— Но этого не может быть. Эми мне сказала, что останется у вас. Она уехала в Европу сразу после моей свадьбы. Вернулась две недели назад и сказала, что останется в Нью-Йорке с вами и Гарольдом, — объяснила я, испытывая неприятное предчувствие.

Кэтрин невесело рассмеялась.

— Прости, дорогая, нам с тобой хорошо известно, что моя дочь питает отвращение к правде. Я бы не волновалась. Она, наверное, загорает на яхте какой-нибудь поп-звезды и забыла, что должна вернуться домой и столкнуться с ответственностью. Хотя, не припоминаю, чтобы она обговаривала с нами свое возвращение сюда, — добавила она задумчиво. — Мне пора, я опаздываю на благотворительный обед. Приятно было поболтать с тобой, Гвиневра.

Она повесила трубку, прежде чем я успела сказать что-то еще.

У меня скрутило желудок. Что бы ни говорила об Эми ее противная матушка, Эми не была безответственной и уж точно не лгуньей.