Одногруппники

– Ну-с? Кто-нибудь планирует ответить на мой вопрос?

В аудитории повисла гробовая тишина. Кто-то стыдливо опустил глаза, кто-то притворился, будто увлечённо записывает нечто невероятно важное, кто-то продолжал нахально сверлить глазами преподавателя в ответ на его укоризненный взгляд, а кто-то так и не проснулся.

– Не знаете. Всё с вами ясно. А ведь это было ещё на второй лекции. Вы же совершенно ничего не делаете, ничего вам не интересно, ничему вы не хотите учиться. А вы, между прочим, бакалавры! Знаете, что это значит? Это значит, что вы никому не нужны. Ни одно предприятие не захочет с вами иметь дела. Вам нужно носом землю рыть, чтобы попасть в магистратуру. Тогда, может быть, МОЖЕТ БЫТЬ, у вас появится шанс стать востребованными специалистами. А если вам это неинтересно, то зачем вы сюда пришли? Ведь в мире множество профессий, не требующих знания устройства редуктора. Что вы здесь делаете? Только штаны протираете. Ничего вы не добьётесь.

Во взглядах отдельных личностей уже разгорался огонёк ненависти. Иные студенты сидели с томным видом. Их не беспокоило такое отношение. Они уже работали. Правда, далеко не все – по специальности. Третьи так и не проснулись.

В конце концов прозвенел звонок. Время пары подошло к концу. Преподаватель махнул рукой и отпустил всех.

На следующей паре должна была состояться контрольная работа. Обычное явление в течение семестра, но всё же достаточно весомый повод для некоторых, чтобы всё-таки поприсутствовать.

Стоял негромкий рабочий гомон. Обсуждалось разное: домашние работы, чертежи, лабораторные работы, сроки и… преподаватели.

– Ну что, кто-то нормально готов к контрольной? – задала риторический вопрос Катя Иванова.

Петя Шашкин обмахнулся веером шпаргалок-бомб, Женя Касаткин показал свой телефон, другие неопределённо развели руками, третьи так и не проснулись.

– Что, совсем никто ничего не выучил?

– Кать, ты список вопросов видела? – спросила Настя Пегая. – Ты действительно считаешь, что это можно выучить за пару дней, параллельно сдавая другие контрольные, и успевая защитить домашки?

Катя развела руками.

– Наверное, составители учебного плана предполагали, что это возможно. В любом случае, если только списывать, то вряд ли мы станем хорошими специалистами.

В подтверждение ли, в опровержение ли Катиных слов раздался громкий всхрап Никиты Пеплова, который тут же проснулся и обалдевшими глазами начал осматривать аудиторию.

– Видишь, человек всю ночь не спал, готовился, – усмехнулся Петя. – Никита, скажи, как ты готовился?

Никита показал мелко исписанный лист формата А4. Преподаватель всегда безошибочно вычислял списывания с электронных устройств, вплоть до умных часов и умных шпаргалок, но бумажные «шпоры» ему удавалось заметить крайне редко. Поэтому большая часть группы пользовалась именно таким методом. Кроме особо талантливых, которые продолжали прибегать к помощи телефона.

– Зачем же вообще надо было сюда поступать, если ничего не учишь? – не в раздражении, а скорее в порыве искреннего непонимания воскликнула Катя.

– Ты правда хочешь это знать? – вдруг заговорил Кирилл Немнов, спокойный и тихий парень в очках. Он был отличником, но учился без всякого удовольствия.

– После такого вопроса я уже не уверена.

– А я всё равно расскажу.

***

Девятый класс для меня начался в новой школе. Она не была обычной, в ней преобладал физико-математический уклон. Да и чтобы учиться в ней, нужно было сдать вступительные экзамены.

Класс набирался с нуля. То есть, никто никого не знал. Тогда я думал, что очень хорошо, но теперь думаю, что ошибался. Именно там я и увидел её во второй раз. Мы познакомились на олимпиаде годом ранее. А теперь моментально узнали друг друга. Я не могу сказать, что у неё была какая-то выдающаяся внешность: карие глаза, густая и длинная шоколадная коса и очень выразительные ресницы. С ними можно в кино сниматься, а не физику изучать.

Когда ты впервые в чужом коллективе, ты стараешься зацепиться за любого, кого хоть раз раньше видел. Так мы и сели рядом. А потом стали общаться. Учиться было непросто, в одиночку справиться так вообще невозможно. Вот мы и делились друг с другом любыми учебными материалами, какими только могли. Вместе решали задачи, вместе готовились к контрольным и олимпиадам. Причём обычно мы это делали в школе, либо переписывались.

– Слушай, что мы с тобой, как собаки бездомные, в самом деле, – сказала она мне однажды. – Пойдём ко мне. Там чай, печенье и до любого учебника рукой подать.

Я согласился. Почему бы и нет? Ни о чём кроме учёбы я тогда и не думал.

Дома у неё было просторно, красиво. Нас встретила её мама. В фартуке и с противнем в руках. Я не думал, что печенье, которое она мне обещала, будет домашнего приготовления.