Одна отвергнутая ночь (ЛП)

СЕРИЯ «ОДНА НОЧЬ». КНИГА 2

Оригинальное название: Denied (One Night #2) by Jodi Ellen Malpas 2014

Переведенное:Джоди Эллен Малпас – Одна отвергнутая ночь (Серия «Одна ночь» #2) 2016

Перевод: Елена Филимонова

Редактор и оформитель: Яна Полещук

Обложка: Анастасия Токарева

Вычитка: Анна Ковальчук

Переведено специально для группы: Книжный червь / Переводы книг https://vk.com/tr_books_vk

Посвящается

Бабуле, тётушке Долл и тётушке Филис. В образе бабушки Оливии лучшая часть каждой из вас. Мы скучаем по вам. ХХХ

Благодарности

Миллион спасибо завсегдатаям. Вам всем известно, кем вы являетесь! Мне повезло иметь вас за своей спиной. Особое спасибо Ли, моему редактору, которая сделала процесс редактирования почти приятным. Я сказала почти! Как бы то ни было, работа с тобой — истинное удовольствие. Спасибо тебе за всё и за создание «джодиизмов». Художественным отделам в издательских домах Соединённых Штатов и Великобритании. Я абсолютно ужасно объясняла, какими именно хочу видеть обложки, и всё же вы всё всегда понимали. Спасибо вам!

И моим девочкам. Хочу отвезти вас куда-нибудь и пить с вами мохито, пока мы все не отключимся.

Надеюсь, вам нравится Отвергнутая.

Джоди. ХХХ

Уильям Андерсон медленно и задумчиво положил телефон на место, а потом развалился в большом офисном кресле. Его огромные руки то и дело прикрывали рот в течение десятиминутного разговора до тех пор, пока мужчина не оказался на грани сумасшествия. Он не знал, что думать, но понимал, что нужно выпить. Хорошенько выпить. Уильям прошел к шкафчику с алкоголем и поднял старомодную выпуклую дверцу. Он не остановился подумать, что именно будет пить: прямо сейчас любой алкоголь сойдет. До краев наполнив стакан бурбоном, он тут же осушил его наполовину и долил снова. Ему стало жарко, он взмок. Обычно собранный, мужчина был ошеломлен сегодняшними открытиями, и теперь все, что он мог видеть — прекрасные сапфировые глаза. Куда бы он ни посмотрел, всюду видел их, они истязали, напоминая о его провале. Он сорвал галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки в надежде, что это облегчит дыхание. Увы, нет. Горло сжалось. Прошлое вернулось, чтобы преследовать Уильяма. Он так отчаянно старался не привязываться, не заботиться. И вот теперь это случилось снова.

В его мире решения должны приниматься на свежую голову и с объективным взглядом — то, в чем обычно он являлся экспертом. Обычно. Все в мире Уильяма случалось по определенной причине, и этой причиной обычно были его слова, потому что люди его слушали, они его уважали. Сейчас же он чувствовал, как ускользает весь контроль, и это ему не нравилось. Особенно там, где была она.

— Я слишком стар для этой фигни, — прорычал он, падая в кресло. Сделав еще один большой, тяжелый глоток бурбона, он запрокинул голову и уставился в потолок. Она заставила его потерять контроль прежде, и он вот-вот позволит ей повторить это снова.

Он глупец. Но появление Миллера Харта в этом и без того сложном уравнении не оставило ему выбора. Так же, как его принципы… Или любовь к этой женщине.

Моей судьбой управляет кто-то другой. Все мои усилия, осмотрительные поступки и защитные барьеры, которые я так старательно выстраивала вокруг себя, были уничтожены в день, когда я встретила Миллера Харта. Вскоре стало очевидно, что я достигла в своей жизни той точки, где стало важно вести себя благоразумно, cохранять внешнее спокойствие и оставаться осторожной. Потому что этот мужчина, бесспорно, собирался проверить меня на прочность. Так и случилось. Так и было сейчас. Довериться мужчине, открыться мужчине, отдаться ему было пределом. Это и случилось, и теперь всем я сердцем жалею, что не сделала по-другому. Напрасным беспокойством было бояться, что он оставит меня из-за моего прошлого. Это должно было быть самым последним из моих страхов.

Миллер Харт — высококлассный мужчина-проститутка. Назвал «эскортом», только от менее резких слов смысл не меняется.

Миллер Харт продает свое тело.

Жизнь Миллера Харта — фальшивка.

Миллер Харт — это мужской аналог моей мамы. Я влюбилась в мужчину, с которым не могу быть. Он заставил меня чувствовать себя живой после моего слишком долгого блеклого существования, а потом он забрал придающее сил чувство, оставив на его месте пустоту. Теперь в моей душе жизни меньше, чем когда-либо до встречи с ним.