Одна маленькая ошибка

— Вон, вон он, смотри, — Машка толкнула подругу в бок, кивая на компанию молодых парней за столиком напротив. Симпатичный брюнет в подсвеченной неоном обтягивающей футболке поглощал полыхающий синим пламенем коктейль. Друзья громко заулюлюкали, аплодируя, тут же подсовывая в руки брюнета следующий стакан.

Громогласные басы оглушали, нещадно молотя по перепонкам, в глазах рябило от света мелькающих прожекторов. Лиза и Маша уже неделю отдыхали в столице, но в ночной клуб попали впервые. По сравнению с их «тухлой» провинцией Москва казалась яркой, манящей, греховной… И парни здесь были что надо: стильные, подтянутые, с накачанными бицепсами и ухоженными бородками, не то, что в их клоаке вселенной.

— Да, ничего такой парнишка, — перекрикивая музыку, согласилась Лиза.

Брюнет ей и правда понравился, взгляд притягивала не только его заметная футболка с изображением выставленного среднего пальца, но и улыбка — он хохотал так заразительно, запрокидывая голову назад, обнажая ряд белоснежных зубов, что сам бог фаянса изошел бы завистливой слюной. Красавчик, такой точно на неё никогда не посмотрит.

— Пойдём, познакомимся? — Машка пихнула подругу кулачком в бок и уверенно поднялась.

— Ты дура, что ли? — Лиза потянула отчаянную за край мини-юбки. — Да они нас пошлют куда подальше. Кто они — а кто мы!

— А кто они? Может, такие же лошки с периферии, просто осели в столице, шмоток модных накупили. А с другой стороны — вдруг коренные? Мало ли, подцепим кого, тоже москвичками станем, — хихикнула Машка, закидывая в рот мятную жвачку. — Да пойдём!

Лиза закатила глаза, но поплелась-таки за подругой, расталкивая локтями разгорячённые музыкой и алкоголем дрыгающиеся тела.

Вот вечно эта Машка — так и ищет приключений на пятую точку. Нет, Лиза тоже была не робкого десятка и любила потусоваться, но одно дело там, у себя, в местном ДК, где она каждого знает как облупленного, а здесь вон какие все — на кривой козе не подъедешь. Айфоны, крутые тачки, брендовые тряпки. Да и смысл ей кого-то цеплять — уже завтра обратно домой возвращаться, в свою беспросветную тухлость, она-то в здешний институт не поступила, в отличие от Машки. С треском провалила экзамены в пед, придётся в соседнем городке в швейном техникуме штаны протирать — выбор невелик. Год точно пропускать нельзя — отчим запилит нотациями, та ещё вешалка.

— Привет, мальчишки, не угостите дам пивом? — смело вклинилась в беседу парней Машка: наклонилась так, что внушительные буфера буквально легли на стол.

Парни притихли и переглянулись, делая выразительный акцент глазами на грудь незнакомки.

— Угостим, чего ж не угостить, — растягивая гласные, проговорил бородатый крепыш и поднял руку, зазывая официанта. Двигая бёдрами, компания освободила место подругам. Машка села между боровом и Гарри Поттером — так окрестили они этого тощего в круглых очках, а Лизе досталось место с краю, рядом с брюнетом. Запах терпкого парфюма сшибал наповал, татуированные бицепсы касались её кожи, и Лиза вспыхнула, сама того же желая.

— Ну привет, — мягкий тембр толкнул в пропасть, по краю которой она вальсировала, утопая в гипнотической зелени его взгляда. Вблизи брюнет оказался ещё красивее, словно с обложки модного журнала.

— Привет, — пискнула себе под нос, понимая, что пропала.

Может, грешный московский воздух затуманил ей разум, может, несколько порций разноцветного коктейля, но спустя час она целовалась с брюнетом, позволяя трогать себя в самых разных местах. Машка показала ей украдкой два поднятых вверх больших пальца, словно одобряя развязное поведение подруги, сама же только флиртовала с Боровом, не переступая грани дозволенного. Но Лизе было тогда плевать на нравственность — и свою, и подруги. Брюнет оказался крышесносным и целовался словно бог, а его проворные пальцы, бесстыдно шарящие под юбкой, заставляли ещё больше убеждаться в своей правоте.

Она сама не поняла, как оказалась на заднем сидении такси, а потом в тесной комнате чьей-то квартиры. Где-то за стеной долбил оглушающий рок, перемежаясь взрывами хохота, но звуки доносились до ушей Лизы словно через слой ваты.

Мир мелькал разноцветными пятнами: тошнота, страх, удивление, шок — одурманенный мозг предпочёл отключиться, оставив душевные терзания на потом…

— Твою мать, ты что — девственница? Была… — добавил он ошарашенно, приходя в себя после фееричного родео.

— «Была», — подумала Лиза, ощутив что-то похожее на запоздалый стыд. Натянув простынь до подбородка, молча наблюдала за метаниями своего первого.

— Охренеть, — то ли восхищённо, то ли испуганно выругался он и на ощупь отыскал на полу свои тряпки. Натянув джинсы на голое тело, открыл дверь и, на долю секунды запустив в комнату весёлое многоголосье, скрылся в коридоре, оставив её в полной темноте. Одну.

Стало так обидно, до слёз.